Солдат — это профессия, боец — черта характера, а воин — это состояние души.
— Мой повелитель, солдат у врагов больше, чем звезд на небе!
— Отлично, когда я был ребенком, всегда мечтал дотянуться до них своим мечом.
Солдат — это профессия, боец — черта характера, а воин — это состояние души.
— Мой повелитель, солдат у врагов больше, чем звезд на небе!
— Отлично, когда я был ребенком, всегда мечтал дотянуться до них своим мечом.
Шел один мудрый воин на войну, и был он хром на обе ноги. И один из воинов ему сказал: «О, несчастный, куда идешь ты? Тебя убьют тотчас, ибо не сможешь ты бежать!» И сказал мудрый воин: «О, неразумный, я на войну иду не бежать, а стоять сражаться и побеждать!»
Un soldat de bois
Ne mange que du chocolat,
Un soldat d’étain
Ne mange que du massepain,
Un soldat de plomb
Ne mange que des macarons,
Un soldat de fer,
Que des biscuits à la cuiller.
Mais le vrai soldat
Ne mange, quand la guerre est là,
Que des vers de terre
Et des fleurs de cimetière.
Мы — снайперы, поэтому обычно идём в патруле перед нашими штурмовыми группами. Естественно, на нас чаще всего термовизоры, приборы ночного видения и инфракрасные лазеры, разные приспособления для того, чтобы забраться на здания напротив цели. Нашим штурмовым группам жизненно необходимо, чтобы мы заняли хорошую точку для наблюдения. Когда наши штурмовики начинают завершающую фазу операции, мы разворачиваемся и обеспечиваем им дополнительное прикрытие. Наши снайперы — одни из лучших в своём деле. Когда мы попадаем в эшелон первого ранга, у нас уже годы тренировок и бесценного боевого опыта.
Мы всегда подбираем нашу экипировку под задание. Камуфляж, который сейчас на мне, называется AOR-2. Он был разработан ВМС и сейчас используется пехотой США в качестве камуфляжа для лесной местности. Мой набор — это просто камуфляж «родезиан» для работы на такой местности. Работа без бронепластин — это критически важно, ведь мы остаёмся налегке. Снайпер — это множитель боевой силы, как для эшелона первого ранга, так и для любого другого подразделения. Мы всегда работаем небольшими отрядами: у нас не так много бойцов, и наша задача — не удерживать позицию, а нанести удар и отойти.
Ратлтрап — выходец из того же многочисленного народа, что и Кардел с Боушем, и он тоже возмещает свою низкорослость механическими приспособлениями и хитростью ума. Сын сына часовщика, Ратлтрап много лет учился ремеслу отца — до тех пор, пока война не сошла с гор и не унесла из равнинных поселений мирные профессии. «Теперь твоё ремесло — война», — сказал ему умирающий отец, пока деревня их прадедов дымилась, обугленная и сожжённая. Плох тот ремесленник, что винит свои инструменты, и Ратлтрап никогда не искал отговорок. Похоронив отца в руинах деревни, он устремился превратить себя в величайшее орудие войны всех миров и времён. Он поклялся, что его больше никогда не застанут врасплох — и соорудил, используя свои знания, механические доспехи, в сравнении с которыми снаряжение иноземцев было подобно консервным банкам. Теперь Ратлтрап не расстаётся со своими устройствами — некрупный, но смертоносный воин, достигший невероятных вершин в искусстве засад и разрушений. Он промышляет смертью, быстро прекращает жизнь неподготовленных противников с помощью своих творений и несёт знамя нового слова в военном ремесле. Который час? Час часовщика!
Мы солдаты, капитан, мы следуем приказам, куда бы они нас не привели. Даже к смерти.
– Нас демобилизуют?
– Еще легко отделались, будьте благодарны. Армии не нужны солдаты, не подчиняющиеся приказам.
– Но мы разобрались с артиллерией. Знаете, сколько наших бы полегло?
– Это все, что ты хотел сказать? Армия — это единая организация и она не может существовать без правил. Свободны.
— Люди без сна, обморожены. Воюют так, как ни в одном уставе не придумаешь. Они делают больше, чем может человек. Почему вы так несправедливы, строги и беспощадны к ним? Перед живыми вы можете оправдаться, а что скажете мертвым?
— Я думаю о живых. Неужели это не ясно? Это моя обязанность, товарищ член военного совета. Я командующий армией, мне надо выждать, когда наступит предел.