Шеррилин Кеньон. В аду нет фурий

Окружи меня красотой и позволь моим глазам увидеть великолепный закат, дарованный тобой. Сделай так, чтобы мои руки ценили и уважали все, что ты создал, а слух был острым, позволь услышать твой голос даже в те мгновения, когда он не громче шепота. Даруй мне мудрость, чтобы я могла понять все, чему ты учил мой народ. И почему забрал у меня то, что причиняло мне боль. Помоги мне сохранять спокойствие перед лицом грядущих испытаний. Перед моими врагами и всеми, кто желает мне зла.

0.00

Другие цитаты по теме

Думаю, ты уже убивал. Ты слишком много молишься для безвинного.

— А ты помолись...

— Кажется, я уже не верю в богов...

— А зачем тебе боги?.. Молитва нужна, чтобы поверить в себя. Чтобы утвердиться в мысли, что на нашей стороне правда, а значит, мы победим.

Господи мой, когда же люди со всей планеты

Станут мудрей и проще, будут беречь детей,

Станут любить земное – всё, что на белом свете

Ты им дарил так щедро в бурном потоке дней.

Мира, Господи, мира! В каждом сердце потерянном,

В самом темном проулке каждой больной души.

Мира востоку, западу, мира югу и северу,

Мира Земному шару! Господи мой, дыши…

Господи, будь добрее, если уж мы не можем

Выдохнуть больше света, ласки и доброты,

Кто, как не ты, нам, глупым, стать мудрее поможет?

Кто заставит очнуться? Кто же, если не ты?

Обратите внимание — «Отче наш», хотя самостоятельная молитва подразумевает «Отче мой». Но мы говорим именно «наш», потому что, молясь наедине, ощущаем свое единство с другими.

Любовь — это первый шаг, молитва — последний...

Боже, в компьютере вирус убей.

Боже, я замуж хочу, а он гей!

Боже, устрой мне экзамен на пять,

А я за тебя буду голосовать.

Помолитесь за человека, если видите, что он в унынии. А молитва все может.

«Любовь, — говорил Великий Наместник, — есть высшая молитва. Если молитва — царица добродетелей, то христианская любовь — Бог, ибо Бог и есть Любовь... Смотрите на мир только сквозь призму любви, и все ваши проблемы уйдут: внутри себя вы увидите Царствие Божие, в человеке — икону, в земной красоте — тень райской жизни. Вы возразите, что любить врагов невозможно. Вспомните, что Иисус Христос сказал нам: «Все, что вы сделали людям, то сделали Мне». Запишите эти слова золотыми буквами на скрижалях ваших сердец, запишите и повесьте рядом с иконой и читайте их каждый день».

Я поднялась и оглянулась на ложе, которое только что покинула. Взирая на будущее без надежды, я теперь жалела об одном, — что творец не счел за благо призвать мою душу к себе минувшей ночью, во время моего сна; тогда этому усталому телу, освобожденному смертью от дальнейшей борьбы с судьбой, оставалось бы только тихо разрушаться и, покоясь в мире, постепенно слиться воедино с этой пустыней. Однако жизнь со всеми своими потребностями, муками и обязанностями все еще не покинула меня; надо было нести ее бремя, утолять ее нужды, терпеть страдания, выполнять свой долг. Я двинулась в путь.

Хадасса присела на склон холма. Она сидела уединенно, ни с кем не общаясь. Склонив голову, она сжала в ладонях выданные ей зерна. Чувства переполняли ее.

«Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих», — сокрушенно прошептала она и заплакала.