– Они сказали мне убить тебя. Я сказал им, что я предпочёл бы этого не делать. Они сказали мне, что у меня нет выбора. Я сказал им: «Я — Даарио Нахарис. У меня всегда есть выбор».
— Я всегда хотел поступать правильно, быть хорошим человеком, но я не знал, что... что это значит. Мне всегда казалось, что передо мной стоит невозможный выбор. Старк или Грейджой.
— Наш отец был больше отцом тебе, чем твой родной по крови, а ты предал его. Предал его память.
— Но то, что я сделал, я...
— Я не вправе прощать тебя за все, но то, что могу простить — прощаю. Ты не должен выбирать: ты Грейджой, и ты Старк.
Боги даровали нам две вещи, скрашивающие наши дни от рождения и до смерти. Удовольствие переспать с женщиной, которая хочет с тобой переспать. И удовольствие убить мужчину, который хочет тебя убить.
Я знаю, что я гордая... Но я ведь Дева господня. И если бы ему не нравилось, что я гордая, разве он посылал бы мне своего архангела в сверкающих одеждах и своих святых угодниц, облаченных светом? Почему же тогда он обещал, что я сумею убедить всех людей, и ведь я их убедила, таких же ученых, таких же умных, как вы. Почему я получила в дар от моего короля белые доспехи, верный меч, почему вела этих отважных воинов на поле брани среди картечи и скакала, не дрогнув, на своем коне? Пусть он оставил бы меня пасти овечек и сидеть за прялкой рядом с матерью, тогда я не стала бы гордой...
Я служу Вам, как раньше служил вашему отцу. Он поступал так, как было принято всегда. Я вижу, что Вы совершенно другой человек. Вы человек, рожденный в новой эпохе, рожденный гораздо раньше тех, кто будет вас любить и за вами следовать. Выбор понятен, сир, есть два пути: привычный и неизведанный, который следует проложить. И Ваш следующий шаг определит, куда пойдем дальше мы все. От того, на какой из них Вы ступите в этот момент, зависит наше общее будущее. Мы знаем, как поступили бы короли прошлого, но Вы другой, сир, Вы король нашего будущего. Единственный вопрос, каким оно будет?
Джейк, я люблю тебя. Пожалуйста, не ставь меня перед выбором. Я выберу его. Я всегда его выбирала...
Большинство чаек не стремится узнать о полете ничего кроме самого необходимого: как долететь от берега до пищи и вернуться назад. Для большинства чаек главное — еда, а не полет. Больше всего на свете Джонатан Ливингстон любил летать. Но подобное пристрастие, как он понял, не внушает уважения птицам. Даже его родители были встревожены тем, что Джонатан целые дни проводит в одиночестве и, занимаясь своими опытами, снова и снова планирует над самой водой.
Cлайд с цитатой