Я не большое домашнее животное, а зверь, который может укусить, если его кто-нибудь вздумает обидеть.
— Я прекрасно знала, что вы рассердитесь, — сказала она. — Мужчины из кожи вон лезут, чтобы узнать то, что может причинить им боль.
Я не большое домашнее животное, а зверь, который может укусить, если его кто-нибудь вздумает обидеть.
— Я прекрасно знала, что вы рассердитесь, — сказала она. — Мужчины из кожи вон лезут, чтобы узнать то, что может причинить им боль.
Свинцовым грузом мы в себе обиды носим,
Ну а всего-то нужно сердцу дать посыл —
Навек простить обидчиков и тяжесть сбросить,
Пока есть время… Ибо, тикают часы.
Я вновь остался один, лишь с верным мечом. Я не смог вернуть законные земли, я отказался от своей любимой, я расстался с родными, нас разбросало по королевствам и я не знаю, окажемся ли мы снова вместе. Рождаются новые противники, а счет старых обид продолжает расти. Я поклялся защищать незаконнорожденного принца, и я боюсь, что его путь неразрывно связан с будущим этих земель. И хоть я отказался приносить клятву верности саксонским королям, мне предначертано, рано или поздно, вновь оказаться участником их замыслов. Судьба правит всем.
Меня обожгло обидой. Жить, выживать в этом мире, искать в нем свое место, делать то, что необходимо, и сводить концы с концами само по себе нелегко, а тут раз за разом придется оглядываться и думать, достойный ли это был поступок, каким бы ничтожным он ни был, потому что за одну твою возможность его совершить кто-то когда-то если не умер, то поплатился жизнью. Это было несправедливо.