Динара Мубиновна Сафина

Ты мой Бог! Я обожаю смотреть, как ты играешь. Твои поражения расстраивают меня сильнее, чем мои собственные. Когда тебе больно, я страдаю. Когда ты говоришь со мной, я впитываю каждое твое слово. Когда ты приходишь посмотреть, как я играю, меня переполняет радость. Я ненавижу читать или слушать что-нибудь плохое о тебе. Я знаю, что ты трудяга, что ты делаешь все, чтобы стать первым. С моей точки зрения, ты самый талантливый среди всех игроков, а у меня нет и половины твоего дара. Единственное, чего у меня больше, чем у тебя – это трудолюбия.

0.00

Другие цитаты по теме

Она и сама не знала, почему её всегда все любили, возможно, потому, что и сама Айрин очень любила людей — она всегда была готова помочь и выслушать, она сама никогда не осуждала, она всегда умела выражать неподдельное восхищение каждым, потому что искренне считала, что каждый этого достоин.

Как бы ни любили человека, как бы ни восхищались им, прежде всего он живет в себе самом. Если он не в ладу с собой, если он озабочен тем, что не совершил чего то, что обязан был совершить, чтобы сохранить чувство собственного достоинства, он похож на «печального Демона»; духа изгнания, мечащегося над грешной землей.

— Я поехал потому, что я твой брат и ты меня любишь.

— Первое верно.

Но божеству можно только поклоняться. И я поклоняюсь Аннабелле, но я ее не люблю, а вот тебя, Милисент, люблю, но не поклоняюсь тебе!

Не писал стихов

И не пишу, -

Ими я, как воздухом,

Дышу.

Им я, как себе,

Принадлежу.

Восхищенье женщиной своей,

До рассвета

Дрожь тоски по ней.

Как назвать

работою,

Скажи,

Это состояние души?

Иногда я очень устаю от Шеннона. Иногда мне кажется, что я схвачу что-нибудь тяжелое и стукну его так сильно, что его голова будет звенеть, как тарелки на барабанной установке. Иногда он слишком заботлив. Он так заботлив, что мне порой кажется, что я при смерти или физически ограничен. Но когда я прихожу, уставший падаю на диван и понимаю, что Шеннон далеко — он в туре с Антуаном или еще где-то там, — мне становится плохо, я скучаю по его неограниченной заботе, я хочу быть младшим братом, которого он опекает. Плевать, что мне сорок — мне нравится быть его младшим братом. Его любовь очень мне нужна.

Братская любовь, даже самая сильная, не защищает от пуль или смертельного газа.

В 60-х я знал одну особу, которая вызывала у меня восхищение. Полагаю, это восхищение было наиболее близким к некоему проявлению любви.

Брат для меня — это всё! Кроме него у меня никого нет. Я не смогу без брата.