Я вообще — могила для чужих секретов! Вот одна тут забеременела в 13 лет...
И не надо смотреть на меня такими преданными глазами. Ничего такого тайного я тебе не доверял. Да об этом весь Петербург болтает. И все под страхом смертной казни.
Я вообще — могила для чужих секретов! Вот одна тут забеременела в 13 лет...
И не надо смотреть на меня такими преданными глазами. Ничего такого тайного я тебе не доверял. Да об этом весь Петербург болтает. И все под страхом смертной казни.
— Говорят, вы встречаетесь.
— Мы держим это в полной секретности. Даже друг другу об этом не сказали.
— Удивительно, что богов, которым действительно стоило поклоняться, никогда не существовало, — неожиданно сказала я вслух.
Мармар покосилась на меня с любопытством.
— Это каких?
— Я бы, например, почитала Бога подслушанных разговоров. Он единственный на самом деле что-то меняет.
— Можно один вопрос?
— Да.
— Ты же у нас трусоват, зачем ты за меня в драку полез?
— Я не трусоват и полез в драку за всех, кто пострадал от мафии.
— Тебя никогда не интересовала мафия. Может... я начинаю тебе нравиться?
— Он очень сильно стукнул тебя по голове?
— Не уходи от ответа. Я чувствую, что с каждым днем нравлюсь тебе все больше и больше.
— Да, видно тебе здорово попало по голове. Ты не в моем вкусе.
— Вот и хорошо! А то меня от тебя наизнанку выворачивает!
Мы встретились с нею случайно,
И робко мечтал я об ней,
Но долго заветная тайна
Таилась в печали моей.
Но раз в золотое мгновенье
Я высказал тайну свою;
Я видел румянец смущенья,
Услышал в ответ я «люблю».
И вспыхнули трепетно взоры,
И губы слилися в одно.
Вот старая сказка, которой
Быть юной всегда суждено.
— Мне нужно, чтобы ты проник на фабрику Харекс. Ты знаешь, где это?
— Конечно, известная фабрика. Ни за что!