Можете звать меня линчевателем... На деле же, я просто солдат.
— Вы... спасли меня? Почему?
— От старых привычек нелегко отделаться. Беги домой, кроха. Здесь опасно.
— Вы же один из тех героев, правда?
— Нет. Уже нет.
— А для меня — да.
Можете звать меня линчевателем... На деле же, я просто солдат.
— Вы... спасли меня? Почему?
— От старых привычек нелегко отделаться. Беги домой, кроха. Здесь опасно.
— Вы же один из тех героев, правда?
— Нет. Уже нет.
— А для меня — да.
— Я мог убить вас, как только вошел сюда, но я хочу, чтобы вы были последним. Я хочу, чтобы вы увидели смерть всех членов вашей семьи. Моя мама говорит, что это ранит сильнее всего. У вас есть свои традиции чести, у нас тоже. Я мог бы не посылать вам черную руку и вы были бы убиты в ночи, даже не зная причины. Но я хочу, чтобы вы знали и хочу предложить вам вести эту вендетту с честью.
— Ни гражданских, ни детей.
— И без полиции.
— Добро пожаловать в Бирмингем, мистер Чангретта.
Но если оправдывать месть словами о справедливости, она породит новую месть. Она породит цепь ненависти.
— Мне надоело его поведение. Я не намерена больше его терпеть.
— Давай уничтожим всё, что ему дорого! Ознакомим его с теорией адских мук на практике!
— Я напишу ему жёсткое письмо.
— Да ты просто Безумный Макс во плоти.
Мы солдаты, капитан, мы следуем приказам, куда бы они нас не привели. Даже к смерти.