— Дядь!
— Ну здорова. Ты назвал меня дядей?
— Либо дядя, либо «сп».
— Что за «сп»?
— Старый пердун.
— Лучше дядя.
— Можем прям сейчас забрать мои вещи.
— Зачем?
— Чтобы я переехал к тебе. Тренировочный лагерь, старая школа.
— Нет. У меня уже давно не было гостей и тебе там будет не комфортно.
— Ты что, голышом ходишь?
— Нет.
— Тогда едем!
— И ты не вздумай там ходить голышом! Предупреждаю.
— Я Моника! И я мою туалет 17 раз в день, даже если там кто-то сидит!
— Я Рейчел! Посмотрите, эта кофта мало облегает, нужно её постирать, чтобы села!
— Ах, я люблю Росса… Ненавижу Росса! Люблю Росса! Ненавижу Росса! Люблю Росса! Ненавижу Росса!
— Ах, у меня нет парня. Пойду на улицу и пересплю с первым встречным!
— Вот твоя последняя коробка. На ней нужно написать «О чем я только думала».
— Я как раз хотела это написать на лбу у Чендлера!
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
— Безобразия, — вставил Джефри, — начались, когда дядя Катберт сдуру пустил под нож «Самоучитель бальных танцев» Уилки и напечатал вместо него «Определитель съедобных грибов» Фашоды.
— Да, с Фашодой — это он зря, — согласился мистер Тэйт. — На вскрытиях нас всё время поминали недобрым словом.
Я знал одного бармена, который говорил любой посетительнице, на которую западал: «У меня язык 25 см, и я могу дышать через уши!»
Cлайд с цитатой