Я храню в себе память
О каждом твоем воплощении.
И в назначенный час
Я узнаю тебя
По первому прикосновению.
Лишь для одной ослепительной вспышки,
Лишь ради нескольких звездных мгновений,
Мы будем плыть друг другу навстречу
Сквозь бесконечность и океаны забвения...
Только бы не разминуться,
Не заблудиться
В круговороте смертей и рождений...
И в назначенный час
Вспомнить друг друга по первому прикосновению...
Бог любит нас, но забирает лучших.
И в памяти моей уже так много случаев.
Кто-то остался легендой,
Кто-то ушел незаметно.
Но страшно, что это для нас
Стало повседневно.
Но память осталась такой же тонкой,
В глазах девчонки, сбежавшей от города.
И я не хочу, чтобы видел кто-то эти слёзы,
Слёзы без повода.
Столько всего я хотел бы не помнить,
Но ничего не хотел бы забыть.
Столько всего я пытался запомнить,
Но приходилось просто жить.
Стены домов не помнят слов, нашёптанных за века влюблёнными, но зато бережно хранят ругательства, начертанные отвергнутыми поклонниками.
Память – это очень глупая собака: ты бросаешь палку, а она приносит тебе что угодно другое.
Раньше были свободные, злые, голодные,
Раньше был кислород ничей.
А теперь наши души и органы
Отданы в руки садистов-врачей.
Я не молился за упокой, ибо молитвы тщетны; я не оплакивал ни ее, ни себя, — ибо дважды оплакивают одно и то же лишь кстраверты; но, окутанный ночным безмолвием, неимоверно враждебным и человеку, и верности его, и любви, просто помнил о ней, помнил, помнил о ней.
Люди живут, люди жили, люди умирают, это так. Люди живут, и единственное, о чем вспоминают после их смерти, единственное, что важно, единственное, что остаётся, — это их доброта.
Cлайд с цитатой