Страх пронзил моё нежное сердце,
Окутал меня, словно терни.
Страх пронзил моё нежное сердце,
Окутал меня, словно терни.
Ты не можешь не бояться. И страх дает власть над тобой. Помни об этом. Страх — это поводок, за который тебя держат.
Это неправда, что Смерть стара и уродлива. На самом деле Смерть — вечно юная и прекрасная женщина во вдовьем одеянии, но с непокрытой, как у незамужней девушки, головой. Лишь те, чья совесть нечиста, кто страшится перехода в иной мир, видят ее по-другому — чудовищным скелетом в черном балахоне, с косой, которой она перерезает нить жизни.
... жизнь в прошлом в какой-то степени смахивает на жизнь под водой, когда дышать приходится через трубочку.
... Люди подобны древним документам: можно заметить в них ложное, но не подлинное, и это обрекает нас на жизнь в постоянном сомнении.
Я не знаю, сколько мне лет. Отсчитывать годы — самому себе добавлять страданий. Что, разве не так? Разве вы не говорите себе: ах, мне тридцать, а у меня ни семьи, ни детей — я так несчастна? Начинаете искать мужчину, приближать то, что приближать не надо.
Люди так боятся, так переживают, что объекты их обожания к ним остынут. На самом деле следовало бы бояться того, что сами они остынут многим раньше.
Я — величайший пират всего континента, однако я боюсь очень многих. И страх позволяет мне до сих пор оставаться в живых.
Все боятся. Не верь, если говорят, что не боятся – врут. И ничего постыдного тут нет. Думаешь, если кто не боится, так он умный или храбрый? Он дурак просто. Только дураки ничего не боятся…