We'd be so less fragile
If we're made from metal,
And our hearts from iron,
And our minds from steel.
We'd be so less fragile
If we're made from metal,
And our hearts from iron,
And our minds from steel.
... отличный знаток дела сказал: «В вине кроются мужество, сила, радость, пыл ума», — конечно, если имеется ум.
Вы набираете силу, мужество и уверенность каждый раз, когда стойко смотрите в лицо страху. Можете сказать себе: «Я пережил этот ужас. И смогу выдержать то, что ждет меня дальше». Вы должны сделать то, что кажется невозможным.
А кто слабым был — сильным стал тогда.
А кто сильным был — стал еще сильней.
И кричали враги потрясенные:
«Может, русские заколдованы?!
Их сожжешь огнем, а они живут!
Их пронзишь стрелой, а они живут!
Их убьешь сто раз, а они живут!
А они живут и сражаются!..»
Были реки от крови красным-красны,
Было небо от дыма черным-черно...
И была Земля, неподвластная
Никакому врагу на века веков!
Вы набираете силу, мужество и уверенность каждый раз, когда стойко смотрите в лицо страху. Можете сказать себе: «Я пережил этот ужас. И смогу выдержать то, что ждет меня дальше». Вы должны сделать то, что кажется невозможным.
Освободилась от страха опустить руки. Пусть они находятся в том положении, в каком удобнее в тот или иной момент. Наверное, в этом и есть настоящая сила, которую обретаешь через позволение себе слабости.
Уж если драться — драться честно,
В открытую вступать в бои.
Друзья поддержат!
Им известны
И мощь и слабости мои.
Слушайте меня, вы двое. Слезы помогают смыть следы грусти и тяжелых переживаний. Но когда вырастите, то столкнетесь с такой грустью, которую не смоют никакие слезы. Это будет особенная драгоценная боль, от которой не захотите избавляться. Поэтому по-настоящему сильные люди смеются, когда хочется разрыдаться. Они принимают всю боль и печаль, но все равно смеются вместе с теми, кто следует за ними. Сейчас вы можете плакать, когда хочется, но однажды вы должны стать такими же сильными самураями.
— Право, мужества вам не занимать. Разве у вас не было серьезных причин опасаться моего гнева?
— Конечно, были. И поэтому я думала, что чем раньше состоится наша встреча, тем лучше. Никто не выигрывает, оттягивая момент принятия горького лекарства.