Слюной тоски исходит сердце,
Мне на корме не до утех
Грохочут котелки и дверцы,
Слюной тоски исходит сердце
Под градом шуток, полных перца,
Под гогот и всеобщий смех.
Слюной тоски исходит сердце
Мне на корме не до утех.
Слюной тоски исходит сердце,
Мне на корме не до утех
Грохочут котелки и дверцы,
Слюной тоски исходит сердце
Под градом шуток, полных перца,
Под гогот и всеобщий смех.
Слюной тоски исходит сердце
Мне на корме не до утех.
Et moi j'ai le cœur aussi gros
Qu'un cul de dame damascène
O mon amour je t'aimais trop
Et maintenant j'ai trop de peine
Les sept épées hors du fourreau
«Знаешь, Сежар, когда я смотрю на море, мне кажется, что его волны уносят мою тоску». Сежар ухмыляется: «Вот именно, что кажется! Может, они ее и забирают, но спустя время тоска возвращается с новыми волнами преумноженной».
Сердцу плачется всласть,
Как дождю за стеной.
Что за тёмная власть
У печали ночной?
Сердце плачет тайком -
О какой из утрат?
Это плач ни о ком,
Это дождь виноват.
И за что, не пойму,
Эта мука из мук -
Тосковать одному
И не знать почему?
Я захлебнулась в слезах собственной любви, и никакое сердце уже не станет мне пристанищем.
Нигде нет вечно светлых дней,
Везде тоска, везде истома,
И жизнь для памяти моей -
Листки истертого альбома.
Разгул — с отравленным вином,
Любовь — с поддельными цветами,
Веселье — с золотым ярмом,
И лесть — с змеиными устами...
Кстати, внутри без тебя будет мучительно пусто,
Но у меня сердце большое, яркое,
Оно просто немного потускнет...
Тополя шептались.
На душе мертво.
В марте мы расстались,
только и всего.
Давняя улыбка,
взгляд. Ни у кого
глаз таких не встретить.
Только и всего.
Дни тоски и гнева.
Света твоего
луч с ночного неба.
Только и всего.
За огонь высокий,
за тепло его -
в сердце эти строки.
Только и всего.
В лазури цветы граната.
Веселье в ладу с тоской.
Мужчине море законом,
а сердцу — ветер морской!