Но ведь внутри каждой подлинной радости таится страх.
Бог у всех бедняков один и каждый день тонет вместе с ними.
Но ведь внутри каждой подлинной радости таится страх.
Вито подумал, что плачущие старики — это страшная несправедливость. И большей несправедливости в мире не существует.
Спасти своего убийцу — может, это и есть любовь к ближнему. Но здесь никто не святой.
Никто не думает о будущем, все заботятся лишь о том, как прожить сейчас. Пусть даже ценой уничтожения родной земли. Бедняки не могут думать о будущем.
Есть нечто особенное в месте твоего рождения. Не все это знают. Это знает лишь тот, кого силой оторвали от места его рождения.
Надо найти место внутри себя, вокруг себя. Место, которое тебе подходит.
Похожее на тебя хотя бы отчасти.
Мне хотелось сбежать из города, подальше от суеты. Хотелось лежать под деревом, читать, там, или рисовать, и не ждать, что тебя кто-нибудь подкараулит и набьет морду, не таскать с собой нож, не бояться, что в конце концов женишься на какой-нибудь тупой, бессмысленной девахе.