— Лагерь пуст.
— Пуст? Я погиб...
— Нет, Ваше величество, Вас всего-лишь предали.
— Портос, мне кажется, Вы достаточно богаты для того, чтобы снова искать приключений.
— Да, я богат. Но человек уж так устроен, что ему всегда чего-то не хватает.
— Чего же не хватает Вам?
— Честно говоря, совсем немногого. Баронского титула.
— А. Правда, я и забыл.
— Ты убил Бекингема?
— Нет.
— Но убьешь меня?
— Да.
— Его пощадил, а меня убьешь?
— Да. Он меня не предавал.
— Нет, я не призрак. Я должна была бы им быть, так как ты меня убил. Ведь ты меня убил, не так ли? Это ты воспользовался моим обмороком и повесил на дереве. Граф де ля Фер убил свою жену и скрывается под именем Атос. Ты должен был обрадоваться, увидев меня живой — это бы доказывало, что ты не законченный убийца.
— Я не скрываюсь, я пытаюсь забыть.
— Забыть? Что забыть?
— Твое предательство, твое вранье.
— Мой секрет. Ты даже не дал мне объясниться. Ты казнил меня, приговорил к смерти без суда!
— Ты обманула меня самым гнусным способом, ты меня обесчестила. Зачем ты вернулась?
— Чтобы отомстить тебе! Чтобы рассказать правду, чтобы увидеть твои боль, страдания, сожаления!
— Сожаления? Как ты можешь думать, что между нами все еще возможна любовь? Ты безумна! Как случилось, что ты жива?
— Да, я жива. Я жива, более чем!
— Значит, Вы на его стороне. А мы поклялись привезти Бофора живого или мертвого! Теперь мы обесчещены!
— Я согласен с Д'Артаньяном!
— Друзья! Вы что, жалете, что не пролили нашей крови?
— Нет! Мне больно, что мы идем друг против друга! Мы, которые всегда были вместе! Теперь нам ни в чем не будет удачи!
— Бедный Арамис! Он был такой... красивый, скромный, изящный юноша! И писал неплохие стихи! Говорят, он плохо кончил...
— Совсем плохо. Он стал аббатом.
Мы жили вместе. Вместе ненавидели, любили, вместе сражались и вместе проливали кровь. Д'Артаньян, я любил вас, как сына. Портос, мы десять лет были рядом. Арамис также брат вам, как и мне. Д'Артаньян и Портос, что значит для вас Мазарини, что значит для нас Фронда и герцог, когда в опасности наша дружба?
Было чувство, будто прочная стена, которая много лет защищала его спину, внезапно рухнула и за ней открылась пропасть. Почти всю жизнь Мистина был Ингвару опорой, но и сам опирался на него. Чувство взаимной верности было важнее, чем их пожизненное соперничество, неизбежное между сильными, гордыми, честолюбивыми мужчинами. Мысль о том, что Ингвару больше нельзя доверять, что Ингвар предал его, поразила… пустотой. Земля ушла из-под ног. Он больше не был уверен ни в чем.
— Если вы смеетесь и сомневаетесь в моих словах, — сказал Арамис, — вы больше ничего не узнаете.
— Мы верим, как магометане, и немы, как катафалки, — сказал Атос.
Любите искренне! А если чувствуете, что есть «но», не обманывайте себя и не давайте другому думать, что вы согласны на то, что однажды он вас предаст. Любое «но» в любви так или иначе приведёт к предательству.
Cлайд с цитатой