Гийом Аполлинер

Другие цитаты по теме

Пётр и Гор прилетели вместе и опустились рядом, синхронно сложив крылья – Пётр белоснежные, а Гор – темно-серые, словно опалённые огнем. Глаза Петра — светлые, как летний день, точно так же внимательно смотрели на Ивана, как и глаза Гора — черные, будто звездная ночь. Два Узла, два друга, два важнейших компонента опорной решетки, на которой всё держится. Персона и Тень. С какими вопросами они прибыли сегодня, чего от них ожидать?

На земле над Средиземным морем в это время повисла темно-серая туча, почти не пропускающая свет звезд.

Le soleil au déclin empourprait la montagne

Et notre amour saignait comme les groseilliers

Puis étoilant ce pâle automne d'Allemagne

La nuit pleurant des lueurs mourait à nos pieds

Et notre amour ainsi se mêlait à la mort

Au loin près d'un feu chantaient des bohémiennes

Un train passait les yeux ouverts sur l'autre bord

Nous regardions longtemps les villes riveraines

Сидеть на солнце — это почти то же самое, что говорить о любви.

Мой взгляд упал на силуэт, стоявший у окна. Сложно было разглядеть в такой темноте что-то. Я пыталась, но безуспешно. Лишь силуэт. Словно этот человек желал видеть все, но чтобы никто не видел его. Тень, которая управляла всем, что происходит здесь.

Никакому факелу, как бы ярко тот ни горел, не сравниться с восходящим солнцем.

Виид самозабвенно вырезал одну деталь за другой. Посвятив всего себя этой работе. И не замечал ничего, пока в какой-то момент не начало всходить солнце. Оно поднималось где-то далеко-далеко, и лучи его всё сильнее освещали практически созданную скульптуру. Перед ним предстало одно из величайших чудес природы — неспешная смена тьмы под напором всепобеждающего света.

Comme un éléphant son ivoire,

J’ai en bouche un bien précieux.

Pourpre mort!... J’achète ma gloire

Au prix des mots mélodieux.

Кай стоял перед палаткой и смотрел им вслед. Они что-то кричали ему и махали руками. Махали. Махали. В паковых льдах играли кобальтово-синие, нежные, как звуки скрипки, тени; очертания глетчеров светились, словно изумруды. Мир вокруг Кая блистал.

Печали полный радостный рассвет,

Смешавший краски нежности и боли,

Пусть будет людям памятен, доколе

Есть в мире скорбь, а состраданья нет.

Чертившее на небе ясный след,

Лишь солнце соболезновало доле

Двух душ, разъединенных против воли,

Чтобы погибнуть от невзгод и бед.

Лишь солнце видело: обильной данью

Наполнилась могучая река,

Взяв у влюбленных слезы и рыданья.

И слышало: мольба их столь горька,

Что может и огонь смирить, страданья

Уменьшив осужденным на века.