Из-за того, что я говорю с британским акцентом, все думают: «Боже, он, должно быть, очень умен...». Так что в результате можно начать слишком много болтать. Когда я иду на вечеринку и начинаю говорить, люди меня слушают. А зря.
Это колонизаторское высокомерие и двойные моральные стандарты — одни — для себя, другие — для других — многое объясняют. Например, увлечения шпионскими играми. Если в других странах разведка — удел профессионалов, то для англичан — национальный вид спорта, престижнейшее занятие даже для богемы, будь то писатели или музыканты. При делах были очень многие: от Даниэля Дефо — автора «Робинзона Крузо» — до Грэма Грина. Его книги — «Тихий американец» и «Наш человек в Гаване». Чего уж говорить об авторе бестселлеров про Джеймса Бонда Яне Флеминге. Кадровый разведчик дважды приезжал в Советскую Россию в канун Второй мировой. Шпионом в MI6 после Второй мировой работал и Джон ле Карре. Ныне здравствующий британский писатель Фредерик Форсайт — его книги изданы десятками миллионов экземпляров — под конец жизни сознался, что более 20 лет работал на британскую разведку, в том числе против СССР.
Согласно правилу преуменьшения, изнурительную хроническую болезнь мы называем «досадной неприятностью»;
о пережитом страшном происшествии говорим: «Ну, это не совсем то, что я бы для себя выбрал»;
при виде захватывающей дух красоты констатируем: «Довольно мило»;
о великолепном представлении или выдающемся достижении отзываемся: «Неплохо».
Акт гнусной жестокости в нашей интерпретации — «не очень дружественный поступок»,
непростительно глупое суждение — «не очень умная оценка».
Мы говорим: в Антарктиде «довольно холодно»,
в Сахаре «несколько жарковато на мой вкус»;
выдающийся человек или потрясающее событие, которые в других культурах были бы оценены в превосходных степенях, у нас получат лишь один эпитет — nice («славный/чудный/милый» и т. п.) или, если мы хотим выразить одобрение в более красноречивой форме, — very nice («очень славный» и т. п.).
Мы, англичане, определенно сторонники телесных наказаний для детей, они формируют характер. Меня самого чуть не засекли в детстве до смерти, и, как видите, это только закалило меня.
У англичан и у русских куда больше, чем в иных нациях, развито спокойное и твердое убеждение, что они — самые лучшие.
— Если хочешь в душ, ванная прямо по коридору.
— Может, вы первый, сэр?
— Нет, я англичанин, мы любим холод и сырость.
Вообще-то говоря, англичане терпеть не могут, если человек твердит, что он прав, но очень любят, если он кается в своих ошибках.
Cлайд с цитатой