Но гордость — это роскошь, которую можно себе позволить далеко не всегда.
Гордость — это роскошь, которую могут себе позволить лишь богатые.
Но гордость — это роскошь, которую можно себе позволить далеко не всегда.
... гордиться собой — не значит заливать другим о собственной важности, а говорить это самому себе, шёпотом.
Если бы каждый рождённый на земле был чудесным совершенством, жизнь, по сути, стала бы глобальным разрушением самой себя.
К тому же он пах лучше всех машин на свете: смесью запахов дермантина... и человеческого пота, которым лоснилось водителькое сиденье. Для Бёрна Холма это был не просто пот, но благородный глянец, квинтэссенция всех предыдущих владельцев: их души, кармы, всего, что они проглотили на своем веку, и вообще — того, как они жили в целом.
Когда это произошло? Как двенадцатилетний мальчишка мог полюбить песни о разных стадиях умирания, отчуждении, холоде и всеобщем отчаянии?
Ну, почему он всякий раз затевает эту детскую игру «поставь начальство на место»? Ничего, кроме мелочного удовлетворения, она не даёт.
Солидное положение, шикарная квартира, машина и прочие статусные игрушки для взрослых – ничто по сравнению с каплей простого человеческого чувства.
Может быть, тут всего более имела влияния та особенная гордость бедных, вследствие которой при некоторых общественных обрядах, обязательных в нашем быту для всех и каждого, многие бедняки таращатся из последних сил и тратят последние сбереженные копейки, чтобы только быть «не хуже других» и чтобы «не осудили» их как-нибудь другие.