Любэ — Давай за...

Другие цитаты по теме

Распрощался я с юностью вешней, но осталось похмелье весны.

Я гуляю весёлый и грешный по бескрайним просторам страны.

Я простился с любовною дрожью, но забавы остался запас.

По великому, по бездорожью, я пою, я играю для вас...

А ну, давай наяривай, гитара семиструнная.

Чего сидеть да горевать, ведь ночь такая лунная.

Выйду ночью в поле с конём,

Ночкой тёмной тихо пойдём,

Мы пойдём с конем по полю вдвоём,

Мы пойдём с конем по полю вдвоём.

Мы пойдём с конем по полю вдвоём,

Мы пойдём с конем по полю вдвоём.

Сяду я верхом на коня,

Ты неси по полю меня,

По бескрайнему полю моему,

По бескрайнему полю моему.

Про меня не такое расскажут, не такое небось наплетут,

Дескать, бражничал, дескать, куражил, я расхаживал барином тут.

Дайте-дайте мне песен рассейских я босой обойду полстраны.

Распростился я с юностью вешней, но осталось похмелье весны.

Под огнем не помнишь вкуса вина, но не знаешь и вкуса вины.

Go ahead and watch my heart burn.

Дружба, даже если друга нет в живых, невозможна в прошедшем времени. Она всегда в настоящем. Если сама — настоящая.

Афоризм — это результат флирта мысли со словом.

Любить Елизавету Тюдор означает всегда хотеть большего, чем возможно получить. Вечно пребывать между раем и адом, тоскуя о недостижимом. И в этом смысле мне было жаль Роберта Дадли. Образ Елизаветы, запечатленный в его сердце, манил его в рай, но цепями плоти он был прикован к вратам ада.

Труби же, трубач! Говори о любви,

О том, что включает весь мир, — и мгновенье и вечность.

Любовь — это пульс бытия, наслажденье и мука,

И сердце мужчины и женщины сердце — во власти любви.

Всё в мире связует любовь,

Объемлет и всё поглощает любовь.

Я вижу, вокруг меня теснятся бессмертные тени,

Я чувствую пламя, которым согрет весь мир,

Румянец, и жар, и биенье влюбленных сердец,

И молнии счастья, и вдруг — безмолвие, мрак и желание смерти.

Любовь — это значит весь мир для влюбленных,

Пред ней и пространство и время — ничто.

Любовь — это ночь и день, любовь — это солнце и месяц,

Любовь — это пышный румянец, благоухание жизни.

Нет слов, кроме слов любви, нет мыслей, помимо любви.

Труби, трубач! Заклинай свирепого духа войны!

Прекрасный облик в зеркале ты видишь,

И, если повторить не поспешишь

Свои черты, природу ты обидишь,

Благословенья женщину лишишь.

Какая смертная не будет рада

Отдать тебе нетронутую новь?

Или бессмертия тебе не надо, -

Так велика к себе твоя любовь?

Для материнских глаз ты — отраженье

Давно промчавшихся апрельских дней.

И ты найдешь под старость утешенье

В таких же окнах юности твоей.

Но, ограничив жизнь своей судьбою,

Ты сам умрешь, и образ твой — с тобою.