В зеркале — бедность, я вот каким вижу свое отражение.
Печально, но факт: чем меньше у нас денег, тем чаще мы хватаемся за бумажник.
В зеркале — бедность, я вот каким вижу свое отражение.
Он стоит, выдвинув вперед плечи, у него впалая грудь, руки висят, ноги почти не отрываются от пола, взгляд устремлен в одну точку. Он кочегар. Он загребает лопатой уголь и швыряет его в отверстие печи, дышащее огнем. Ребенок пробирается через двадцать фабричных дворов и дергает его за фартук. «Отец, — говорит он, — я принес тебе суп».
Когда я вспоминаю родственников, которые, скажем так, не в шоколаде, головокружение от успехов как рукой снимает.
Мы, бывало, с Антоном Фердинандовичем, — знакомый вам человек, — денег какой-нибудь рубль, а есть и курить хочется, — купим четверку «фалеру», так уж, кроме хлеба, ничего и не едим, а купим фунт ветчины, так уж не курим, да оба и хохочем над этим, и все ничего; а с женой не то: жену жаль, жена будет реветь…
По мере падения нравов нации на бедность смотрят все с большим презрением, а на богатство – все с большим уважением.
Это просто несправедливо, что у одних девочек полно красивых вещей, а у других совсем ничего нет.
Моё самое большое достижение — своя большая квартира. Я до сорока лет жил в коммуналке.
Он с глубоким волнением смотрел ей вслед. Какая она измученная, как постарела, жизнь ее теперь кончена! В лице ни кровинки, из-под синего шерстяного колпака выбиваются седеющие волосы, расплывшуюся фигуру много рожавшей женщины безобразно облегают парусиновые штаны и куртка. Но ее прощальное рукопожатие было таким же, как у его товарищей: этим долгим безмолвным рукопожатием все они назначали ему новую встречу — в тот день, когда борьба возобновится. Этьен прекрасно понял ее взгляд, выражавший спокойную веру в будущее. До скорого свидания, говорили ее глаза, и уж на этот раз бой будет решающим.