Любовь к себе самому – самая чистая и взаимная любовь в мире.
— Не двигайтесь! — приказала Гермиона. — Я знаю, что это. Это «дьявольские силки»!
— Я ужасно рад, что это именно так называется! — прорычал Рон.
Александр Сапегин
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойТаки понимаем ви заслуженый продавец, но старость – не радость, и маразм – не оргазм... Вы пытаетесь нам сунуть то что завалялось ещё с позапрошлого столетия когда вы были молодым и активным продавцом воздуха по слоновьей цене алмазов...
— Никаких кулаков — только волшебные палочки, — наконец сообразил он.
— Отлично. Всё-таки мозги у тебя есть… Где-то там, глубоко внутри…
— Ты сейчас мне ужасно напоминаешь Снейпа, — раздражённо буркнул Поттер.
— Умный человек, кстати, хоть и со своими тараканами. Что случится, если ты ударишь Малфоя кулаком сам сообразишь или подсказать?
— Я проиграю.
— Вау! Восхищена. Вот почему пока тебе пинка не дашь, ты думать не хочешь?
— Как сходили?
Девочка махнула рукой.
— У профессора Макгонагалл было не очень много времени, ей ещё к одному маглорожденному нужно было идти. Так, пробежались по переулку… купили что нужно и убежали.
— Три часа бегали? — улыбнулся мистер Кливен.
— Кто это спит?
— Профессор Люпин.
— Всё-то ты знаешь. Откуда она всё знает?
— На его вещах написано.
Жили-были трое братьев, и вот однажды отправились они путешествовать. Шли в сумерках дальней дорогой и пришли к реке. В брод её не перейти, в плавь не перебраться. Но братья были сведущи в магических искусствах. Взмахнули они волшебными палочками и вырос над рекою мост. Братья уже были на середине моста, как вдруг смотрят, стоит у них на пути кто-то, завёрнутый в плащ. Это была Смерть. И она была рассержена, ведь обычно путники тонули в реке. Но Смерть была хитра. Она притворилась, что восхищена магическим мастерством братьев и предложила каждому выбрать себе награду за то, что они её перехитрили. И вот старший брат попросил у Смерти волшебную палочку, самую могущественную на свете. И Смерть сделала её из ветки бузины, что росла неподалёку. Второй брат захотел унизить Смерть ещё больше и потребовал у неё силу вызывать своих близких из мира умерших. Смерть подняла камешек, что лежал на берегу и дала его среднему брату. Наконец, спросила Смерть младшего брата, чего он желает. Тот был самый мудрый, а потому попросил дать ему такую вещь, чтобы он смог уйти от туда, и Смерть не догнала бы его. Недовольна была Смерть, но пришлось ей отдать ему свою мантию-невидимку.
Много чести интересующимся, главное быть не там, где тебя хотят видеть, а там, где ты хочешь быть. Власть над собой – высшая власть. К сожалению, в определённой мере любой её лишён. Это семья, работа, даже обычный туалет и сон.
— Поттер прервал меня на том, что в журнале у профессора Люпина не записаны темы, которые вы прошли...
— Сэр, мы прошли боггартов, красных колпаков, ползучих водяных и гриндилоу, — перебила Снегга Гермиона. — Сегодня мы должны были приступить...
— Помолчите, мисс Грейнджер, — оборвал её Снегг. — Я не спрашивал, что вы прошли. Мне лишь хотелось указать на безалаберность профессора Люпина.
— Ну что могу предложить, господа? Пять бластерных винтовок DC-15A. Все отстреляно. Все в полном боекомплекте. Гранаты: термальные детонаторы. Дают осечки, примерно, 50 на 50. Бластерная пушка, извините, не проверял. Вот ручные бластеры есть есть: четыре DC-17, один DL-44. Это из импортного. И теперь отечественный производитель: Вращающаяся бластерная пушка Z-6, считай в масле. Четыре Лёгких автоматических бластера T-21 — машина тяжелая, но надежная, убойная. Ручной бластер DC-15s, сегодня один, извини, очень быстро разбирают. Но вот есть бластер времен мандалорских войн, но совсем ненадежный. Время сточило ударный механизм. Винтовка A310, я думаю, вас не заинтересуют, — Ковыряясь в третьей ноздре, проговорил продавец оружия на Татуине.
— Слушай, а откуда всё это? — Спросил Хан Соло, крутя в руке DL-44.
— Эхо клонической войны, — Ответил многозначительно продавец, разведя руками.
— Теперь осталось придумать, каким образом эту информацию узнать…
Теперь на Гермиону опасливо косились оба парня.
— Чего? Ну есть у меня один недостаток…
— Один? — с интересом спросил Гарри.
— Один! — с намёком произнесла Гермиона. — Я очень любопытная. Собственно, из-за любопытства и влезла во всё это. Эх…
— Воистину, — хмыкнул Гарри.