— Кто это спит?
— Профессор Люпин.
— Всё-то ты знаешь. Откуда она всё знает?
— На его вещах написано.
6.00
— Ты когда-нибудь перестанешь есть?
— А что? Я голодный.
Гарри Поттер и Узник Азкабана (Harry Potter and the Prisoner of Azkaban)
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатой— Приз поездка в Египет. Ну и как там, в Египте?
— Отлично, куча древностей, мумии, гробницы... Даже Коросте там понравилось.
— Опять хвастаешься фотографией в газете?
— Я никому не показывал!
— Ни одной душе, не считая Тома. И днём, и ночью. И повару. И парню, чинившему туалет. И волшебнику из магазина.
— Итак, кто объяснит: в чём разница между анимагами и оборотнями? Никто? Я разочарован.
— Можно, сэр? Анимаг превращается в зверя по собственной воле, а оборотень обречён на это. В полнолуние, когда он перерождается, то уже не помнит кто он и может убить даже лучшего друга. И отвечает оборотень только за зов себе подобных.
— Вы дважды выступили без разрешения, мисс Грейнджер. Вы не можете сдерживать себя? Или Вы гордитесь тем, что Вы невыносимая всезнайка?
— [шёпотом] В чём-то он прав...
— У пятикурсников на каждом факультете по двое старост, — сообщила, садясь, Гермиона. Вид у нее был страшно недовольный. — Мальчик и девочка.
— Угадай теперь, кто староста Слизерина, — сказал Рон, не открывая глаз.
— Малфой, — мгновенно отозвался Гарри, не сомневаясь, что оправдается худшее из его опасений.
— Разумеется, — с горечью подтвердил Рон, запихивая в рот остаток лягушки и беря следующую.
— И эта жуткая корова Пэнси Паркинсон, — язвительно сказала Гермиона. — Какая из нее староста, если она толстая и медлительная, как тролль, которому дали по башке...
— Один человек не может столько всего чувствовать сразу — он разорвется.
— Если у тебя эмоциональный диапазон, как у чайной ложки, это не значит, что у нас такой же.
— Нам бы сейчас о нас подумать...
— А что мы?
— Понимаешь... даже не знаю как тебе сказать, но кто-нибудь мог заметить, что мы ограбили Гринготтс.
— Нужно предложить Крюкохвату что-то не менее ценное!
— Какая ты умная! Сейчас принесу еще один мечик гоблинской работы, а ты упакуй его покрасивее!
— Может, он заболел, — с надеждой в голосе предположил Рон.
— А может, совсем ушёл? Из-за того, что место преподавателя защиты от тёмных искусств снова досталось не ему?
— А может, его выгнали? — вдохновенно произнёс Рон. — Его все терпеть не могут…
— А может быть, — промолвил сзади чей-то ледяной голос, — он сейчас стоит и ждёт, когда вы двое расскажете ему, почему вы вернулись в школу не поездом.
— Тогда этот цербер просто ловушка. Какого размера, говоришь, то, что взял из сейфа Хагрид?
— Примерно с мой кулак.
— Ага… Знаешь, если бы я прятала такое, то тоже посадила бы цербера, потом ловушки…
— Хагрид говорил, что там защиту ставили все деканы.
— Во! В общем ловушки, лабиринты, в конце зачарованный сейф, куча проклятий. И вот, тот, кто ищет этот предмет, наконец снимает последнюю защиту, открывает дверь, а там…
— А там? — ожидаемо не выдержал Рон воцарившейся звенящей тишины.
— Записка: «Поздравляю, вы добрались. Довольны?» А сам предмет держала бы на своём столе на видном месте в качестве пресса для бумаг, ну, конечно, замаскировала бы подо что-нибудь. В крайнем случае, носила бы с собой.
Похоже, у мальчишек только что произошёл разрыв шаблонов. Собрали их, задумались, оценили.
— Ты само зло, — пробормотал Рон. Видно сумел оценить чувства того, кто рвался бы к богатству и в конце получил такое сообщение.
Гермиона молча поклонилась. Гарри хихикнул.