Барбара Шер. Отказываюсь выбирать!

Если бы вы интересовались философией, логикой, физикой, врачеванием, астрономией, прорицанием, зоологией, театром и поэзией, а заодно жили бы в Древней Греции, никто не называл бы вас дилетантом. Вас называли бы Аристотелем.

Другие цитаты по теме

По общему мнению, вечные студенты вроде меня ленивы и инфантильны; они не в состоянии, как нормальные зрелые люди, напрячься и серьезно работать. К тому времени я понимала, что следовало бы изучать что-то, что в результате может получить практическое применение. Однако сама мысль ограничить свои интересы, сосредоточиться на одной-единственной области знания и в конечном счете похоронить себя в ней невыносимо угнетала меня.

Я даже поработал в библиотеке. Знаете, за что меня оттуда уволили? За чтение на работе.

Возьмем, к примеру, того самого осла из притчи, который, стоя между двух охапок сена, не мог решить, какую выбрать, и умер от голода. Вы видите, в чем его ошибка? Кто — то забыл сказать бедному ослу, что он может съесть две охапки.

Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не мешало взрослым. В результате постепенное отчуждение и разница в интересах.

— Послушайте только, как веселятся мужчины!

— Они смеются, вероятно над какой-нибудь непристойностью.

— Да нет, просто сплетничают. Мужчины любят сплетничать.

— Ещё бы, конечно!

— В этом нет ничего плохого. Люди, которые не любят сплетен, не интересуются своими ближними. Я просто настаиваю, чтобы мои издатели любили сплетничать.

— Да, но мужчины сплетни называют делом.

Большинство сканеров не держатся за стабильность, которая так нужна другим людям. Похоже, у них сохранилось врожденное чувство безопасности, свойственное маленьким детям, та же любовь ко всему новому, то же стремление исследовать и понять все, что попадается на глаза. Для многих перемены — это то, что нарушает ход жизни, нечто угрожающее. Сканер же переменами наслаждается. Его, в отличие от большинства зрелых людей, не пугает возможность в очередной раз стать новичком.

Когда Советский Союз запустил в космос первый спутник, Америка испытала шок. Все ресурсы немедленно были брошены на то, чтобы догнать и перегнать русских. Факультеты университетов превратились в специализированные учебные центры, наука и технологические отрасли — сфера обитания специалистов — вышли на передний план. Кафедры литературы и других гуманитарных предметов, даже истории, попали в разряд ненужной роскоши. Это напрямую отразилось на положении сканеров. Больше никто не говорил о них как о людях с широким кругозором, никто не величал «эрудитами» и «людьми эпохи Возрождения» — в одночастье они стали «безответственными», «бестолковыми», «разбрасывающимися».

Есть люди, которые хотят знать по чуть-чуть, зато о многом. Есть другие — они хотят знать много, но о чем-то одном. И есть я — я хочу знать много обо всем на свете. Я не представляю, как это все уложить в одну человеческую жизнь.