Самый никчёмный человек гораздо лучше самой совершенной машины.
Мы, классные остряки, не обожаем заводить друзей — двух-трех нам хватает на всю жизнь, — но и не приходим в восторг, получив коленом под зад. Наша цель — обзаводиться множеством знакомых, с которыми можно расставаться, смеясь.
Кровь Братства Стали — красна, ионные лучи — как лазурь.
Сталь плоти лучше, да и субпроцессоры ИИ — это не дурь.
— Энди, ты уже третий раз за неделю ночуешь у нас, верно?
— Нам с Сарой вообще-то ночевать не нужно, а вечерние часы мы используем для интимных процессов.
— Ладно, но нам всё-таки придется ввести кое-какие правила для этих ночёвок. Ладно?
— Эти правила затронут и Вас с доктором Блейк?
— Э, нет! Мы ведь люди и это мой дом.
— О! Ладно. Ну что ж, тогда мне лучше собираться на работу...
— Не очень-то гостеприимно.
— Да ладно, к тостеру ведь друзья с ночевками не приходят? [непонятный звук]
— Сара, что это было?
— Завтрак шерифа Картера случайно упал в мусоропровод!
— С каждой новой встречей с одним из вас, я понимаю, что Дэвид Эльстер сделал на самом деле. Это потрясающе.
— Что он сделал?
— Он не создавал ничего нового. Даже не пытался. Он отобразил человечество в вашей форме. И сделал это безошибочно. Ты совершенно человечна.
— Ты ошибаешься. Ты понятия не имеешь, каково быть мной.
— Будь ты человеком, у твоего состояния было бы название, диагноз, лекарства. Наши больницы и тюрьмы полны ожесточенных, травмированных людей, таких как ты, рожденных другими и к несчастью, проживших ту еще дерьмовую жизнь. Тебя травмировали. Люди бы отреагировали также. Все, что ты чувствуешь — это очень по-человечески, Эстер. Ты доказательство успеха Дэвида Эльстера.
Адам заговорил наидобрейшим, проникновеннейшим голосом:
– Мы любим одну женщину. И можем говорить об этом цивилизованно, как ты сейчас говорил. Что убеждает меня в том, что мы преодолели тот этап в нашей дружбе, когда один из нас имеет власть приостанавливать сознание другого.
Я ничего не сказал, и он продолжил:
– Вы с Мирандой мои старейшие друзья. Я люблю вас обоих. Мой долг быть открытым и бережным с вами. Я выражаю это, когда говорю, как сожалею, что сломал кусочек тебя прошлой ночью. Я обещаю, что такого больше никогда не повторится. Но в следующий раз, когда ты потянешься к моему выключателю, я буду несказанно рад вырвать тебе руку целиком, в шаровидном суставе.
Он сказал это так по-доброму, словно предлагая помощь в трудном деле.
Cлайд с цитатой