Дожили до того, что кусочек имбиря и лимон продают по цене кокаина.
— Антон, ты не знаешь, где можно купить микрофоны рублей за двести?
— Знаю, в 1997 году...
Дожили до того, что кусочек имбиря и лимон продают по цене кокаина.
— Антон, ты не знаешь, где можно купить микрофоны рублей за двести?
— Знаю, в 1997 году...
— Да, но эту еду уже ели, это же очевидно!
— Так очевидно, что я даже не скажу «Очевидно».
Взрослая жизнь — это вечные стоны о высокой цене. Причем окружающим прямо неймется рассказать тебе об этой высокой цене.
— Ваша национальная еда?
— Поляки гнули спину на постройке этого города. У этой сосиски кусок истории.
Бывают услуги настолько бесценные, что отплатить за них можно только неблагодарностью.
— Вкусно, но не стоило воровать.
— Понятно, совесть просыпается с наполненностью желудка.
— Маленькие пончики или вафли?
— Люцифер, нельзя воровать еду в полицейском участке.
— Или что? Меня поставят в угол, чтобы я подумал о своем поступке?
— Мы с Уэсом сейчас живем вместе.
— Мы просто следим кое за кем, это работа.
— Что ж, думаю вы получили совершенно новый опыт общения.
— Это просто супер, супер! Взять хотя бы приготовление еды, леди, не позволяйте Уэсу готовить для ваших мужей, иначе потеряете их. И знаете, что еще? Я всегда жил один, но в этом есть что-то потрясающее, когда рядом есть кто-то, с кем ты можешь о чем-то поспорить.
— Закончил? Не хочу, чтобы кто-то из присутствующих подумал, что я преувеличиваю, но Тревис... Тревис самый худший сожитель, который только может быть! Он ни разу не предложил свою помощь в приготовлении еды или покупке продуктов, видимо он считает, что у нас завелся волшебный кухонный эльф, который заставляет еду появляться из ниоткуда. Поев, он всегда оставляет тарелку там, где ел, видимо он хочет, чтобы я за ним убирал. Единственный раз, когда я видел его на кухне — он прятался там, потому что у меня был гость.
— Ты там тоже прячешься.
— Да я практически живу там! Следы от грязных стаканов, комната усыпана грязными салфетками! Он эгоистичный, всеразрушающий монстр, всюду оставляющий следы кровавой бойни. И что хуже всего, я видел его квартиру — в ней ни пятнышка. Либо он умеет убираться, либо заставляет убираться толпу девах, которых водит к себе.