— Слушай внимательно, У-Пэ-И — Управление перспективных исследований — это центр всех секретных операций, группа в Пентагоне! Если она заодно с этими психами, держи уши на макушке!
— Да-да-да. А Кеннеди убил Санта-Клаус. Где там твое пиво?
— Слушай внимательно, У-Пэ-И — Управление перспективных исследований — это центр всех секретных операций, группа в Пентагоне! Если она заодно с этими психами, держи уши на макушке!
— Да-да-да. А Кеннеди убил Санта-Клаус. Где там твое пиво?
Когда я был маленьким, я верил в Деда Мороза. Если уж совсем откровенным быть, то я очень долго в него верил, так как организм мой практически полностью не приемлет ночных бдений, из-за чего папу, с подарком крадущегося к елке, я поймал на месте преступления лишь годам к двенадцати. Теперь же я чувствовал себя так, как если бы меня поймал Дед Мороз, когда я у него пытался стырить из мешка подарок. Вы только представьте себе: я сидел в двух шагах от самого натурального эльфа и даже при желании мог ткнуть в него палочкой, такой он был настоящий и «всамделишний».
— Меня всегда обманывали. Всегда говорили: «Дед Мороз, борода из ваты».
— Это у старых из ваты, а у современных из синтетики.
— А мы во Франции предпочитаем Санта Клаусу дарить вино в подарок!
— То есть... Вы предпочитаете споить Санта Клауса прежде, чем он будет дарить подарки?
Год от года Дед Мороз и Снегурочка все меньше занимаются благотворительностью, но больше — коммерцией. Судя по рекламе на магазинах.
— Ну как ты, в порядке после вчерашнего?
— Не хочу об этом говорить.
— Почему ты не сыграл просто Деда Мороза?
— И как же это, черт побери, Стюарт? Он такой же человек, вполне себе трехмерный. Мой долг играть правдиво.
— Так правда в том, что он должен источать радость! А не суицидальные наклонности.
— Он живет в стрессе. Ему приходится доставлять миллиарды подарков за одну ночь! Это был другой взгляд на роль. Если публика не прониклась, в этом нет моей вины. Они вели себя, как дети!
— Это и были дети!
Россия — это континент, который притворяется страной, Россия — это цивилизация, которая притворяется нацией.
Жил-да-был на белом свете симпатичный парень целых двадцать лет
И твердил все годы эти, что любви на белом свете больше нет.
Но однажды он случайно вдруг глазастую девчонку увидал,
И назначил ей свиданье, и пришел, и с нетерпеньем ожидал.
А девчонка та проказница,
На свиданье не показывается!
Он и есть, и пить отказывается,
А любовь-то есть, оказывается!
Есть! Есть!