Делиться секретами — лучший способ сблизиться.
Когда солнечный свет угасает, и порывы ветра стихают, все секреты смертного мира скрываются в звёздной ночи.
Делиться секретами — лучший способ сблизиться.
Когда солнечный свет угасает, и порывы ветра стихают, все секреты смертного мира скрываются в звёздной ночи.
То — смерти вечная, властительная тайна;
Я чувствую ее на дне глубоких снов,
И в предрассветный час, когда проснусь случайно,
Мне слышится напев ее немолчных слов:
«Я здесь, как сердца стук и как полет мгновений,
Я — страх пред вечностью; но этот страх пройдет,
И ледяной огонь моих прикосновений
Лишь ложные черты и выжжет, и сотрет...»
И ясно вижу я в те вещие мгновенья,
Что жизнь ответа ждет — и близится ответ,
Что есть — проклятье, боль, уныние, забвенье,
Разлука страшная, но смерти — нет..
– Как я найду Ифиджению? – спросил я дядю Адрастуса, который подарил мне свой секрет на совершеннолетие.
– Узнаешь её, едва увидишь, – ответил он с такой улыбкой, словно катал во рту засахаренный абрикос. – Только поезжай непременно в конце октября. В ноябре уже поздно.
Она достигла той меры уклончивости, когда самые простые слова кажутся полными тайного знаения.
Вы бы никогда не подумали, глядя на нее, что у женщины, живущей по соседству, нервный срыв, никогда не догадаешься по ее улыбке, но жена твоего дяди однажды предала его доверие, а дочь, которую ты обожаешь, у нее роман с женатым мужчиной… Горькая правда в том, что мы не знаем наших друзей и соседей, по крайней мере, не так хорошо, как мы думаем. Даже люди, которым мы больше всего доверяем, хранят секреты.
— Странная штука любовь, — сказала как-то раз София. — Чем больше любишь кого-нибудь, тем меньше он думает о тебе.
— Так и есть, — согласилась бабушка. — И что же тогда?
— Любишь дальше, — горячо ответила София. — И все ужаснее и ужаснее.