— Никогда не стоит недооценивать злую женщину.
— Никогда не стоит недооценивать женщину, — исправила Риос.
— Никогда не стоит недооценивать злую женщину.
— Никогда не стоит недооценивать женщину, — исправила Риос.
— А ты?... У тебя есть семья?
— Нет... Уже нет.
— Что с ними случилось? Они умерли?
— Нет. Я умерла.
— Воровать еду грубо.
— Ты никогда не доедаешь. Разве твои родители на рассказывали тебе, как полезно есть овощи?
— Нет, — мягко ответил Виктор, — они велели мне раскрыть свою психику и понять свой истинный потенциал. Про овощи речи не было.
— Ты иногда такой чудак.
— Только иногда? — спросил Виктор. — Надо лучше стараться... Нормальность переоценивают.
Став предметом обожания, женщина превращается для мужчины в крепость, которую можно осаждать годами. И в один прекрасный день настает час решающего штурма, когда он вываливает вам на голову все свои скопившиеся чувства, нагло играя на вашей честности в отношениях, и, не гнушаясь, пользуется замешательством, в котором вы оказываетесь. Мужчина всегда завоеватель, а кому, как не вам, госпожа, знать, что на войне хороши все средства?
– Как я найду Ифиджению? – спросил я дядю Адрастуса, который подарил мне свой секрет на совершеннолетие.
– Узнаешь её, едва увидишь, – ответил он с такой улыбкой, словно катал во рту засахаренный абрикос. – Только поезжай непременно в конце октября. В ноябре уже поздно.
Вообще, бойтесь упёртых: когда некто подходит к миру с готовым шаблоном, не стоит в него втискиваться. Как правило, какие-то важные части вашего организма всё равно будут торчать наружу, и отрезать их садовыми ножницами вы не захотите.
Говорите правду, и добро само о себе позаботится. Женщины и представить себе не могут, какой они обладают властью творить как добро, так и зло. Мужчина неосознанно становится таким, каким женщина хочет его видеть.
Я бы поменял местами, белое и чёрное, я бы торговал душами. Я бы разнес этот мир. Я нарушил бы любое правило, лишь бы её вернуть.
— Хочу ещё.
— Ещё хочешь? Алтея, даже супермен может не всё.
— Это и плохо в вас, мужчинах, — у вас батарейки садятся. А мы, женщины, можем продолжать ещё, ещё, ещё...
— Так найди себе женщину.
Мы все думаем, будто знаем, что такое любовь, и умеем любить. На самом деле очень часто мы умеем только лакомиться человеческими отношениями. Мы думаем, что любим человека, потому что у нас к нему ласковое чувство, потому что нам с ним хорошо, но любовь нечто гораздо большее, более требовательное и порой трагичное.