— Ищо каким-нито знанием озари меня, ослятину дикошарую, — свирепо и вкрадчиво попросил Ремезов. — Ороси мою редьку росой премудрости.
— Воровство будет искать, Петрович? – сочувственно спросил Ремезов.
— Будет, стерьва.
— А ты б не воровал.
— Я ж помалу, — усмехнулся Гагарин. — Курочка по зёрнышку клюёт.
— Да весь двор в помёте, — строго закончил Ремезов.
Все давно сказано, и мы опоздали родиться, ибо уже более семи тысяч лет на земле живут и мыслят люди. Урожай самых мудрых и прекрасных наблюдений над человеческими нравами снят, и нам остается лишь подбирать колосья, оставленные древними философами и мудрейшими из наших современников.
Образование — то, что мудрому открывает, а от глупого скрывает недостаточность его знаний.
... сколько же еще столетий копить нам знания... прежде чем мы научимся понимать самое простое.
Ты должен понимать, что не бывает такого: вечером надел крест, утром проснулся — и уже веришь безоглядно. Всех одолевают сомнения. Я тоже сомневался. Даже апостол сомневался. Но вера — не то место, где ты пребываешь в блаженстве, а то место, к которому всегда стремишься. Вера — это усилие к ней, а не успокоение. Когда надобно выбирать, выбирай так, будто бог есть, даже если тебе сейчас кажется иначе.
— Не умею я. Ну вот не умею, — недовольно пояснил он мне.
— Плохо. Надо неустанно овладевать полезными умениями и навыками, — наставительно сообщил я ему. — Потому как знания — они самое верное орудие пролетариата. И куда лучше и надежнее булыжника, тоже популярного в народной среде оружия.
— Кого? — заинтересовался Данут. — А что такое пролетариат? Ты поподробнее не объяснишь?
Стоп! Не хватало только вооружить этих компаньерос марксистско-ленинской теорией, они тут мигом социалистическую революцию забабахают, в отдельно взятых джунглях.
Cлайд с цитатой