Американская история ужасов (American Horror Story)

Другие цитаты по теме

И дальше сам с собою: почему красиво? Почему танец красив? Ответ: потому что это н_е_с_в_о б_о_д_н_о_е движение, потому что весь глубокий смысл танца именно в абсолютной, эстетической подчиненности, идеальной несвободе. И если верно, что наши предки отдавались танцу в самые вдохновенные моменты своей жизни (религиозные мистерии, военные парады), то это значит только одно: инстинкт несвободы издревле органически присущ человеку, и мы, в теперешней нашей жизни — только сознательно...

Думаю, что свобода современного человека, которой он так кичится, вполне может быть смоделирована со свободой зоопарка и зверинца — там ведь, с точки зрения того же крикливого существа, именующего себя свободным человеком, зверям и птицам даже лучше, чем в лесу, в горах и в воде. Там их охраняют, кормят и даже способствуют размножению, только все это делается по указке сторожей и дрессировщиков, все достигается подачкой и кнутом.

— Я боюсь, что стану человеком, который потерял своё «Я». И это пугает меня.

— Переезд не означает потерю своего «Я».

— Означает... Вскоре люди растворяются в отношениях. Сначала ты бросаешь свой дом. Потом придаёшь свои вкусы. Мм? Компромиссы в обстановке, одежде, мебели, еде… И однажды ты просто становишься чьим-то придатком. Ни своих мыслей, ни своей жизни. Без своего собственного пространства. Я испарюсь.

Хлеба и зрелищ народу через край.

Сила приносит свободу — побеждай!

Ты приведешь рабов к свободе, но им придется скрываться от тех, кто не понимает. Но ты им поможешь. Ты разглядишь в них людей, хотя остальные будут слепы.

Свобода нужна каждому, как воздух. Правда, большинство так не думает. Но это просто потому, что человек не умеет ценить того, что у него есть.

— Если бы пуля прошла на пару сантиментров правее, она бы не задела позвоночник, и я смог бы уйти отсюда. Может, даже смог бы его остановить. Пара сантиментров выше, и я бы погиб. Иногда дерьмо просто случается.

— Не бывает так, что у хорошего человека не заладился день, и он начал стрелять в людей.

— Может быть, он не был хорошим человеком.

Я вздохнула. У меня была куча вопросов, и было абсолютно некому их задавать. Меня окружали люди, которые хранили свои секреты и шли к цели странными путями, – и все это для них было столь же естественно, как жить, дышать и, возможно, убивать.