— Ты окружен людьми, которые выбрали ничего не делать. Что же заставляет тебя действовать иначе?
— Потому что у меня есть эта сила...
— Ты окружен людьми, которые выбрали ничего не делать. Что же заставляет тебя действовать иначе?
— Потому что у меня есть эта сила...
Если ничего не можешь сделать, сорви с себя погоны и уходи отсюда, чтобы болото не засосало..
— Так значит, эти «Девы» правда на столько сильны, что им даже не нужен Прах для их... магии?
— Ага.
— И их четверо?
— Всегда.
— И когда одна из них умирает, её сила переходит к другой девушке, которая о ней заботилась?
— К любой, о ком подумает последняя. В этом вся фишка. Лучший вариант — кто-то, кому ты можешь доверять. В любом случае, их души сливаются.
— И это вы пытались сделать с Пиррой. В ту самую ночь. Вы пытались обратить её в одну из них.
— Амбер, предыдущая Дева Осени, подверглась нападению. Она была молода и неопытна. И напавшей на неё — как оказалось, Синдер — удалось стащить часть её силы, но не всю. Мы боялись, что если ничего не предпримем, она заберёт и вторую половину.
— Поэтому вы и взвалили всё на Пирру.
— Ничего мы не взваливали. Мы объяснили ей ситуацию и поставили перед выбором. И она свой выбор сделала. Ты был там, ты всё слышал.
«Искусство обладает высочайшей нравственной силой. Она мне нравится», – захотелось вдруг Кириллу сорвать этот цветок. Но он вдохнул и продолжил: – Сила искусства в том, что оно даёт нам выбор там, где жизнь выбора не даёт.
Человек должен выбирать. На этом зиждется его сила.
(Человек должен делать выбор. В этом и состоит его сила...)
— А ведь был-таки еще один повод. Самый главный.
— Повод? — глупо переспросила я.
— Почему я на тебе женился.
— Какой же это повод?
Я не представляла, что я услышу. Может дальнейшее раскрытие сложных семейных дел и отношений. Но то, что он сказал, меня просто сразило.
— Я хотел тебя. — он повернулся лицом ко мне. — Больше, чем чего бы то ни было за всю мою жизнь, — добавил он тихо.
Я молча уставилась на него. Чего-чего, а этого я никак не ожидала. Он негромко продолжал:
— Когда я спросил отца, как мне узнать, та ли это женщина, он ответил, что придет час — и у меня не будет сомнений. Их и не было. Когда я очнулся в темноте под деревом на дороге в Леох, а ты сидела у меня на груди и проклинала меня за то, что я истекаю кровью, я сказал себе: «Джейми Фрезер, хоть ты и не знаешь, как выглядит эта женщина, хоть весит она как добрый конь, но это и есть она самая».
Впрочем, за его усмешкой скрывалась неуверенность: он ведь предоставил мне свободу выбора, я могу отказаться. Возможно, на это он и наделся. Напрасно!
Надо ставить себе задачи выше своих сил: во-первых, потому, что их всё равно никогда не знаешь, а во-вторых, потому, что силы и появляются по мере выполнения недостижимой задачи.