— Настоящая жизнь — это не сказки нашего отца. Ты — глупец, если не понял этого.
— Быть может, я глуп, если до сих пор верю в тебя. И всё же я верю. Подумай об этом, брат.
— Настоящая жизнь — это не сказки нашего отца. Ты — глупец, если не понял этого.
— Быть может, я глуп, если до сих пор верю в тебя. И всё же я верю. Подумай об этом, брат.
— Давай же! Убей меня!
— Нет. Я не подарю тебе желанную смерть. Ты ещё не исполнил своё предназначение, брат.
— Но... как?! Ведь мой брат мёртв!.. Что с тобой произошло?
— Я принял то, кем я стал. И простил тебя. Теперь прости себя и ты.
— Только Шимада могут призывать драконов... Кто ты такой?
— Мир вновь меняется, Ханзо. Пора выбирать, на чей ты стороне.
— Даже, если бы это заняло 20 лет или около того, я бы был в порядке.
— Еще 20 лет?! Я бы сошла с ума.
— Зная, что ты здесь за меня борешься, зная, что ты меня так любишь.
Может, потому что я старший брат, но знаешь, для меня ты всегда был сопливым пацаном, которого я наставлял на путь истинный. А теперь мы оба знаем, что ты вырос. Ты повзрослел настолько, что поверил в меня. Поверить в тебя — меньшее, что я могу сделать.
— Я боюсь, что однажды нам придётся выбирать между твоим братом и богами.
— Для меня такого выбора никогда не будет.
— Что значит братский поцелуй?
— Ну... братский.
— Стоккер не считает его братским.
— Если бы ты был там, ты бы увидел, насколько братским был этот поцелуй, и безусловно оценил бы его.
— Ну хорошо. Только можно в дальнейшем поменьше этого братского. Мне бы не хотелось, однажды войдя в спальню, стать свидетелем братско-сестринских отношений.