— Только Шимада могут призывать драконов... Кто ты такой?
— Мир вновь меняется, Ханзо. Пора выбирать, на чей ты стороне.
— Только Шимада могут призывать драконов... Кто ты такой?
— Мир вновь меняется, Ханзо. Пора выбирать, на чей ты стороне.
— Ты не первый убийца, что пришёл за мной. И точно не последний.
— Ты не побоялся явиться в замок Шимада — логово своих врагов...
— Здесь был мой дом. Твои хозяева не сказали тебе, кто я?
— Я знаю, кто ты, Ханзо. Ты приходишь сюда каждый год, в один и тот же день. Ты рискуешь жизнью, чтобы почтить того, кого убил...
— Ты ничего об этом не знаешь!
— Ты убеждаешь себя в том, что твой брат предал клан. И ты убил его, чтобы сохранить порядок. Что, это был твой долг?
— Это и был мой долг! И моё бремя! Не думай, будто я не чту брата!
— Думаешь, что благовоний и даров — достаточно, чтобы почтить память Гендзи? Честь — в поступках!
— Ты смеешь учить меня чести?! Ты не достоин произносить его имя!
— Настоящая жизнь — это не сказки нашего отца. Ты — глупец, если не понял этого.
— Быть может, я глуп, если до сих пор верю в тебя. И всё же я верю. Подумай об этом, брат.
Ох, Алехандро... Я так за неё волнуюсь: уже не ребёнок, но ещё и не взрослая — где-то на перепутье. Я рассказываю ей о героях, которые спасли наш мир, чтобы вселить в её сердце надежду. Но боюсь, что рано или поздно ей придётся сделать выбор, который определит всю её жизнь... Но теперь, когда я вижу улыбку Алехандры и свет надежды в её глазах, мне кажется, что всё у нас будет хорошо.
Мне кажется, истинная свобода находится где-то посередине. В тебе и во мне. В наших друзьях. В том самом выборе, который мы совершаем каждый раз, когда принимаем то или иное решение. Свобода — это не значит, что ты перестал вдруг от кого-то зависеть. Свобода, как я теперь понимаю, это — те рамки, которые ты определил для себя сам. И которые для тех, кто пока этого не понял, на всякий случай продублированы в библейский заповедях: не убий, не укради... оказывается, это так просто, Лин... мы каждый день встречаем многочисленные и ОЧЕНЬ простые для понимания подсказки, помогающие прийти к осмыслению, но почему-то упорно не видим, как ими воспользоваться. В лучшем случае, соблюдаем машинально. Или же из страха, что потом найдут и накажут. А это должен быть осознанный выбор. Добровольный. Осмысленный. Только тогда он перестанет давить на горло, как тугой ошейник. Именно тогда пропадет ощущение, что тебя к чему-то принуждают. Наверное, это и будет правдой?
И здесь не в словах, Кэтти, дело, но в ощущении, видении том внутреннем, когда всякая неуравновешенность, грусть, тоска, злость, зависть – выбор. И выбор уродливый, потому что неосознаваемый и неосознанный, выбор из слабости, неспособности внутренней на счастье.
Бесчисленные возможности выбора определяют нашу судьбу. Каждый выбор, каждый момент — это рябь на поверхности реки времени. Если ряби будет много, ты сможешь изменить поток, поскольку будущее не предопределено.