Не пожелал бы сифилиса и худшему из врагов! Ну, разве что одному-двум.
Если люди тебя хвалят, значит, ты не идешь своим собственным путем.
Не пожелал бы сифилиса и худшему из врагов! Ну, разве что одному-двум.
Меня тревожит следующая война, она будет такой большой, что затронет все приличные рестораны.
«Обними врага своего, — настаивали старшие, — чтобы не дать ему ударить тебя». («Обними врага своего, — съязвил Генри, — чтобы почувствовать, как кинжал его щекочет почки твои»).
Устраивайтесь в этой жизни так, чтобы, когда на исходе ваших лет сломался везущий вас поезд, у вас нашлась бы теплая и сухая машина и кто-то любящий за рулем — или нанятый, это неважно, — чтобы доставить вас домой.
Некоторые женщины, заболев, становятся нежными. Через несколько дней вдруг начинают покрикивать с постели. О! Значит, выздоравливают!
— Ни черта в этой болезни доктора не понимают.
— И я так считаю. Я потратил тысячу долларов и всё впустую.
— У вас распухает?
— По утрам. А уж перед дождем — просто мочи нет.
— У меня то же самое. Стоит какому-нибудь паршивому облачку величиной с салфетку тронуться к нам из Флориды и я тут же чувствую его приближение. А если случится идти мимо театра, когда там идёт слезливая мелодрама, например, «Болотные туманы» — сырость так и впивается в плечо, что его начинает дергать, как зуб.
Первый из «Двух Законов Гуза о Выживании». Он звучит так: «Кто слаб, тот всегда для сильных еда»».
Второй закон о выживании состоит в том, что второго закона нет. Ешь или будь съеденным. Вот и все.
— Похоже, наше невезение немного усугубилось.
— Один пассажир поезда мертв. Месье Рэтчет.
— Все-таки до него добрались.
— Вы полагаете, его убили?
— Нет, нет, просто я подумал, что у него не было заболеваний, а вот враги у него были.