Новое время ставит свою пробу,
Тиран в каждом из нас строит себе дорогу.
Спокоен тот, кто хранит в себе Бога,
Страх в каждом из нас строит себе дорогу.
Новое время ставит свою пробу,
Тиран в каждом из нас строит себе дорогу.
Спокоен тот, кто хранит в себе Бога,
Страх в каждом из нас строит себе дорогу.
Ночь, как слеза, вытекла из огромного глаза
И на крыши сползла по ресницам.
Встала печаль, как Лазарь,
И побежала на улицы рыдать и виниться.
Кидалась на шеи — и все шарахались
И кричали: безумная!
И в барабанные перепонки вопами страха
Били, как в звенящие бубны.
Страх — это не минус, а плюс только в том случае, когда ты включаешь голову, реально оцениваешь и контролируешь ситуацию, а затем начинаешь действовать.
Закрыв глаза, прижавши уши,
считая жизнь за подаяние,
мы, перерыв, когда не душат,
смакуем как благодеяние.
Разрушительница сеяла страх, но тот, кто был рождён, чтобы умереть в бою, смерти не боялся.
Быть старым не страшно. Ждать близкого конца не страшно. Страшно уходить непонятым. Такое впечатление, будто прожил жизнь зря. Я прошу тех, кто будет читать это, отнестись к моему научному архиву внимательно и непредвзято. Прошу не считать меня старым выжившим из ума чудаком. Чудакам не доверяют руководство такими проектами, как «Радуга». Я очень надеюсь (и почти верю в то), что в будущем я буду оценен по достоинству. Дело не столько в оценке (зачем покойнику слава?), сколько в том, чтобы мои изобретения не пропали бы зря, чтобы они принесли людям пользу. Это единственное, чего я хочу.
Каждый год в тебе что-то умирает, когда с деревьев опадают листья, а их голые ветки беззащитно качаются на ветру в холодном зимнем свете. Но ты знаешь, что весна обязательно придёт, так же как ты уверен, замёрзшая река снова освободится ото льда. Но когда холодные дожди лили не переставая и убивали весну, казалось будто ни за что загублена молодая жизнь. Впрочем, в те дни весна в конце концов всегда наступала, но было страшно, что она могла и не прийти...
— Если человек чего-то сильно боится, он даже высокую траву за призрака примет, да?
— Значит, я всего лишь высокая трава.