... Праву
на свободу возражать — грех. Мне же
хватит и других — здесь, мыслю,
не стихов — грехов.
Предназначение женщины отнюдь не в служение мужу и не только в воспитании детей, но тогда подобные мысли считались грехом. Как и сейчас, впрочем. Вопрос лишь, по чьим меркам?
— А по-вашему, что делать со свободой?
— Сделать много нельзя. Просто-напросто следует больше читать. Свобода существует затем, чтобы ходить в библиотеку.
Знаешь, я поняла, почему удовольствие считается греховным и запретным. Удовольствие — опасная вещь, его хочется испытать снова, хочется жить вечно. Из-за него все шиворот навыворот. Удовольствие — это свобода.
Помню, как-то один знакомый — мне тогда было 22 года — задал вопрос: «Джо (так он меня называл), как бы ты определил суть того, что ты делаешь?» Я ответил: «Нахальная декларация идеализма».
Что там злодеи, что там душегубцы,
Когда имеются... «свободолюбцы»?!
Макбет? Бог с ним! Макбетиха? Бог с ней!
Свободолюбцы будут пострашней.
Свободолюбцы порицают казни.
Они и так добьют кого хотят.
Милошевича там... Или Хусейна...
Или внучат Каддафи — арапчат...
Пуская слух, что монстра нет опасней
Арабов, сербов, русских и других -
Свободолюбцы очень любят казни.
Желают казней. И свершают их.
Той фразы вроде радовались блеску,
Что «высказаться вправе даже враг».
Но впопыхах забили Чаушеску,
Чтоб высказаться не успел никак.
«Свободолюбцы» над порабощеньем
Народов размышляют круглый год.
«Свободолюбцы» смотрят с восхищеньем,
Как чья-то кровь по лезвию течёт.
Свобода не имеет ничего общего с раскрепощенным поведением или жизнью в эгоистическом одиночестве. Свобода – значит прежде всего оставаться человеком, а потом уже чутким врачом, талантливым поваром или читаемым писателем.
А что и впрямь человеку надо? Про других не знаю. А про себя скажу. Не хочу быть рабыней. Не хочу, чтобы неведомые мне люди судьбу мою решали. Ошейника не хочу на шее. Клетки, пусть даже платиновой, не хочу.
Если мужчина и женщина согрешили, пусть удаляются в пустыню и там любят или ненавидят друг друга. Надо заклеймить и того и другого. Если хотите, отметьте клеймом обоих, но нельзя же карать одну, оставив другому свободу. Нельзя, чтоб был один закон для мужчин, а другой для женщин.
Так человека встречного лови
и всё тверди в искусственном порыве:
от нынешней до будущей любви
живи добрей, страдай неприхотливей.
Cлайд с цитатой