Боль исчезла — просто расстаяв...
Вижу боль на усталых лицах,
Которые хотят еще так много успеть,
Их ненависть друг к другу переходит границы,
Моей бы душе также не очернеть.
Боль исчезла — просто расстаяв...
Вижу боль на усталых лицах,
Которые хотят еще так много успеть,
Их ненависть друг к другу переходит границы,
Моей бы душе также не очернеть.
Будит и лечит, колет режет меня...
И разом сны все уходят — во мне гниет пустота
Осталось болью и ложью порождать новый крик
Так не обычно сейчас проживать этот миг...
Я не скажу ни слова. Ведь у меня немая роль.
Ведь я печальный клоун. И моя боль — смешная боль...
Кушано достаточно. Всё испытал, с судьбою своею мирюсь и если плачу сейчас, то только от физической боли и от голода, потому что дух мой еще не угас... Живуч собачий дух.
У меня сбилось дыхание, я не могла крикнуть, чтобы попросить о помощи, и я чувствовала, что иду ко дну.
Стоит мне немного пожить без радости и без боли, подышать вялой и пресной сносностью так называемых хороших дней, как ребяческая душа моя наполняется безнадежной тоской, и я швыряю заржавленную лиру благодарения в довольное лицо сонного бога довольства, и жар самой лютой боли милей мне, чем это здоровая комнатная температура.