Начало твоей легенды следует рядом с самой утробы,
Все смотрят и верят, что ты встанешь и хотя бы попробуешь.
Начало твоей легенды следует рядом с самой утробы,
Все смотрят и верят, что ты встанешь и хотя бы попробуешь.
Как напитанный морем тайфун, оступившемуся на замену,
Ринутся толпы людей, презирая страховку, играючи выйдут в арену!
Кто не захочет перед смертью надышаться досыта,
Кто не прыгнет в огонь, за деньгами и пылесосом,
Кто схватит стрелы судьбы, налету, гордясь ожогами,
Кто тонущему бросит жизнь свою на подмогу,
Тот сохранит род, всякой стихии сильней,
И на легендах о себе воспитает новых людей.
Дитя своего мира, навыки, азы.
Ему Вселенная преподала особенный язык.
На этом языке иначе будет имя Бога,
От него далеко твои «хорошо» и «плохо».
Для тебя он зло, для себя он светлый рыцарь,
И ты бы был таким же, случись тебе там родиться.
Из прошлого тянутся нити, собой создавая клубок,
Из клубка появляешься ты, как ещё одна нить, и множишь развилки дорог.
На рубеже веков еще со смертью поспорим,
Возьмемся за руки и впишем легенду в историю!
От счастья и от слёз было некуда деться,
Когда на эту землю маленьким пришелся младенцем.
Прав смертник, как найденный в зарослях маугли,
Выросший в джунглях он навсегда останется зверем.
Однажды станет тихо и уже никто не поможет,
Однажды осознаешь: на Земле мы прохожие.
— Гусь всё-таки почаще встречается, чем лебедь. А в легенду попадает то, что реже видим…
— Ну да, — согласилась Надя. – Поэтому легенды о лебедях написаны гусиными перьями…