Рано или поздно революционный террор признается исчерпавшим себя. А поскольку при любом терроре невинно убиенных накапливается выше крыши, то есть и отличный повод разобраться с теми, кто террор проводил в жизнь. Доказав их расстрелом свою чистоту. Это просто ротация символов власти, шеф. Закон природы.
— А вот я так уже не могу... Никакого аппетита. Жую, потому что надо. Пью, когда наливают. Е.. усь чисто из принципа. Гусев, ты же умный, скажи — когда все это кончится?
— А ты застрелись, — посоветовал Гусев.
Ведущий пренебрежительно фыркнул:
— Сто раз пробовал. Взвожу курок, гляжу в дуло и понимаю — ничто меня не удерживает. Могу нажать, понимаешь? Запросто. И такая скука разбирает... А потом вспоминаю: мне же на работу завтра. Вдруг случится что-нибудь забавное? Так и живу.
Каждый должен что-то заплатить за свободу и безопасность, понимаете, каждый! Мало перестать мусорить на улице, нужно еще и человеческий мусор кидать туда, где ему место.
Если не хочешь нажить лишних врагов, никогда с малознакомыми людьми не говори о религии, политике и футболе.
Зевак позади ощутимо прибавилось. Всегда приятно участвовать в добром деле, когда им уже вплотную занялся другой.
В принципе у человека нет права кончать с собой. И бог не велел, да и вообще это выход слабака или безумца. Но случаются частные случаи. Извини за тавтологию, или как это там... Случаются.
В принципе у человека нет права кончать с собой. И бог не велел, да и вообще это выход слабака или безумца. Но случаются частные случаи. Извини за тавтологию, или как это там... Случаются.
Ничто так не тешит национальную гордость великоросса, как «Лада», обгоняющая «Мерседес».
Несмотря на муки свои, все полны были надежды, благоговейной, фанатичной веры, самоотверженности людей, убежденных в предстоящей победе. Им обещали, что настанет эра справедливости, и они готовы были пострадать ради завоевания всеобщего счастья... Когда в глазах у них темнело от слабости, перед ними в лучезарных видениях представало идеальное общество, о котором они грезили, теперь такое близкое и как будто даже ставшее явью, — общество, в котором все будут братья друг другу, золотой век труда и совместных трапез. Ничто не могло бы поколебать их уверенности в том, что наконец они вступят в царство справедливости... Вера заменяла голодным хлеб, она их согревала в нетопленном доме... у людей кружилась от голода голова, но они охвачены были блаженным экстазом веры в ожидающую их лучшую жизнь, как мученики христианства, которых бросали на съедение хищным зверям.
Сугубо избирателен террор,
Который лютый деспот учиняет:
Заносится над головой топор
Тех, кто ее пред властью не склоняет.
Я не революционер. У некоторых есть такая гражданская позиция — готовность и стремление лезть на баррикады. Я за революцию внутри. Не люблю массовые скопления, поэтому мне сложно публично к чему-либо примкнуть. При этом у меня может быть позиция, и я могу её выразить — на концерте высказаться, например.
Cлайд с цитатой