Ничто так не утомляет, как ожидание поезда, особенно когда лежишь на рельсах.
— Самоубийство — признак слабости, это известно тебе? Поэтому человечество исстари не уважает самоубийц.
— Даже Маяковского?
Ничто так не утомляет, как ожидание поезда, особенно когда лежишь на рельсах.
— Самоубийство — признак слабости, это известно тебе? Поэтому человечество исстари не уважает самоубийц.
— Даже Маяковского?
И снова вечер, и ты снова ждешь,
И ты давно уже ее простил,
Ведь та, которая уходит в дождь,
Осталась той, которую любил,
И снова вечер, и ты снова ждешь,
И ночь растает в свете фонарей,
Но та, которая уходит в дождь,
Не будет больше никогда твоей.
Большинство тех, кто кончает с собой, на самом деле хотят убить кого-то другого — гулящего мужа, неверную возлюбленную, друга-предателя, — но кишка тонка, и вместо этого они убивают себя.
Когда я слишком страстно чего-то жду, когда моё воображение заранее разукрашивает грядущее событие сверх всякой меры, в конце концов получается вечно одно и то же: наступает долгожданный миг – и я убегаю прочь.
Если есть в этой жизни самоубийство, оно не там, где его видят, и длилось оно не спуск курка, а двенадцать лет жизни.