Очень важно ничего не бояться, потому что если бояться и сидеть дома, то можно пропустить самое интересное.
10.00
Надо уметь рисковать, иначе никакое счастье к тебе не придет.
Закрытая школа
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатой— А Бог умеет всё-всё-всё?
— Ну конечно, он же Бог.
— Почему он тогда не спас маму с папой?
— Ну, возможно, он просто умеет не совсем всё.
— Может, его просто нет?
— Надюша, а где Алиса и Митя?
— А они в туалете, у них... э-э-э... животы болят.
— Сразу у обоих?
— Нет, у каждого свой.
Мы с Андрюшей говорим друг другу всё-всё-всё! Потому что от тех, кого любишь, не должно быть секретов.
— Андрей! Я не хочу иметь детей!
— Почему?
— Ты знаешь, откуда они вылезают?
/недолгое молчание/
— Надюш, думаю, когда ты вырастешь, ты сама захочешь иметь маленького ребеночка.
— Нет! Мне противно, как они делаются!
— А мне приятно... Когда ты вырастешь, тебе тоже понравится..
— Нет. Лучше уж я вообще не вырасту.
— Вдруг я тоже умру.
— Надюш, понимаешь, нельзя всю жизнь думать о смерти. Ну, жизнь — это... это как День Рождения: к тебе приходят гости, другие дети, дарят подарки; ты же знаешь, что всё это закончится, но ты не будешь весь день сидеть и грустить об этом. Не будешь?
— Конечно нет, я буду веселиться.
— Правильно, надо воспринимать каждый день как подарок, ну хотя бы пытаться...
Крики продолжаются. Это не люди, люди не могут так страшно кричать.
Кат говорит:
— Раненые лошади.
Я еще никогда не слыхал, чтобы лошади кричали, и мне что-то не верится. Это стонет сам многострадальный мир, в этих стонах слышатся все муки живой плоти, жгучая, ужасающая боль. Мы побледнели. Детеринг встает во весь рост:
— Изверги, живодеры! Да пристрелите же их!
... Мы смутно видим темный клубок — группу санитаров с носилками и еще какие-то черные большие движущиеся комья. Это раненые лошади. Но не все. Некоторые носятся еще дальше впереди, валятся на землю и снова мчатся галопом. У одной разорвано брюхо, из него длинным жгутом свисают кишки. Лошадь запутывается в них и падает, но снова встает на ноги. Солдат бежит к лошади и приканчивает ее выстрелом. Медленно, покорно она опускается на землю. Мы отнимаем ладони от ушей. Крик умолк. Лишь один протяжный замирающий вздох еще дрожит в воздухе. Потом он снова подходит к нам. Он говорит взволнованно, его голос звучит почти торжественно:
— Самая величайшая подлость — это гнать на войну животных, вот что я вам скажу!
— Что внутри кейса: бомба или плюшевый медвежонок? Ты не узнаешь, пока не откроешь его. Степень страха определяется воображением. Страх создается нами самими. Он всего лишь плод воображения. Итак… что теперь ты должен сделать?
— Я должен проверить сам.
— Бинго. Поэтому теперь борись со своим прошлым. Не трать свое воображение на прошлое. Что сделано, то сделано. Оставь воображение для будущего, ради будущих решений, которые только предстоит принять.
Не дрожи, Перл. Подумаешь — темно... В темноте ничего страшного. Страшно то, что прячется в темноте… Монстры, психи, упыри, клоуны, ведьмы, оборотни, клоуны, ползучие гады... ползучие клоуны — эти хуже всех... ползучие клоуны!