Берег обнимает потихоньку прибой.
Я обниму тебя на фоне алого заката,
Моя Лейла-Ло, нежная Лейла-Ло.
На небе только и разговоры, что о море и о закате... Там говорят о том, как чертовски здорово наблюдать за огромным огненным шаром... Как он тает в волнах... И еле видимый свет, словно от свечи, горит где-то в глубине.
Весной в каждом из нас просыпается маленький человечек — очень нежный и ранимый, жаждущий солнечных лучей, улыбок и объятий.
Шелковое платье цвета алого заката,
Дарит мне мотивы что поет моя душа.
Сердце пишет строки посылая к черту разум,
Напевая день за днем неземная Лейла-Ло.
Не слышно на палубе песен,
Эгейские волны шумят...
Нам берег и душен, и тесен;
Суровые стражи не спят.
Раскинулось небо широко,
Теряются волны вдали…
Отсюда уйдем мы далёко,
Подальше от грешной земли!
Споёмте, друзья,
Ведь завтра в поход
Уйдём в предрассветный туман.
Споём веселей,
Пусть нам подпоёт
Седой боевой капитан.
Прощай, любимый город,
Уходим завтра в море.
И ранней порой
Мелькнёт за кормой
Знакомый платок голубой.
He sat upon the rolling deck
Half away from home,
And smoke a Capstan cigarette
And watched the blue wave tipped with foam.
He had a mermaid on his arm,
And anchor on his breast,
And tattooed on his back he had
A blue bird in a nest.
Море, оно смывает все плохое, что успело налипнуть на суше. Соленая вода сначала раздирает, потом лечит раны. Волны качают тебя, словно материнская рука — колыбель, и шепчут... Шепчут...
И только немногие понимают язык моря. А он прост, как голос матери, которая поет песню своему, еще нерожденному, ребенку: «Мы с тобой одной крови, между нами нет различий, капля к капле...»
Глупо – бояться, что дружба кого-то поранит
В мире, где нежности нужно зачем-то стыдиться.
Стыдно – не радовать сердце святыми дарами:
Пусть оно взмоет от нежности вольною птицей.
Пусть оно бьётся быстрее, согретое светом.
Нежность – не слабость, мой друг, а огромная сила.
Ты не накладывай строго на чувственность вето:
Чувствовать сердце чужое – поверь мне, не стыдно.
Cлайд с цитатой