I hate talking about my own songs. They're all about women anyway...
Яйца из киндер-сюрприза — как женщины: упаковка красивая, но внутри разочарование.
I hate talking about my own songs. They're all about women anyway...
— Есть три и только три вещи, способные усмирить боль, какую испытываешь при мысли о смерти, — сказал Паук. — Это вино, женщины и песни.
— Курица в карри тоже неплохо, — заметил Толстый Чарли, но никто его не слушал.
Там пела женщина, а не душа
Морской стихии. Море не могло
Оформиться как разум или речь,
Могло быть только телом и махать
Пустыми рукавами и в глухие
Бить берега, рождая вечный крик,
Не наш, хоть внятный нам, но нелюдской
И нечленораздельный крик стихии.
Не маской было море. И она
Была не маской. Песня и волна
Не смешивались, женщина умела
Сложить в слова то, что вокруг шумело.
И хоть в словах её была слышна
Работа волн, был слышен ропот ветра,
Не море пело песню, а она.
Это женский голос
Дал небесам пронзительную ясность,
Пространству — одиночество своё.
Она была создательницей мира,
В котором пела. И покуда пела,
Для моря не было иного «я»,
Чем песня. Женщина была творцом.
Мы видели поющую над морем
И знали: нет иного мирозданья,
Мир создает она, пока поёт.
В чем разница: правят ли женщины, или должностные лица управляются женщинами? Результат получается один и тот же.
Молодая девушка — прирождённый ментор, у которого всегда можно учиться, если ничему другому, так по крайней мере искусству обмануть её же! Никто на свете не научит этому лучше её самой. И я до самой глубокой старости буду проповедовать истину: только тогда пропал человек окончательно, когда состарился настолько, что уже ничему больше не может научиться у молодой девушки!
— Да, женщины, которым изменили, способны на чудовищные поступки.
— Мужчины, которым изменили, тоже.
Счастье женщины не должно зависеть от мужчины, иначе она может стать глубоко несчастной.
Женщины любят мечтать... И мне дорог этот «дефект», и я не только не хочу с ним расстаться, но и стараюсь гордиться им.