— Что-то мне нехорошо. Может марихуана так действует.
— Что ты чувствуешь?
— Падаю со скалы с бомбой, привязанной к груди.
— Это всё эмоции.
— Что-то мне нехорошо. Может марихуана так действует.
— Что ты чувствуешь?
— Падаю со скалы с бомбой, привязанной к груди.
— Это всё эмоции.
Я быстренько придумала себе любовь и сама же искренне в нее поверила. Самовнушение – великая сила. Он, видимо, тоже обладал богатой фантазией, и с завидной скоростью наши отношения начали развиваться. Мы с трудом понимали, что происходит, но нам однозначно это нравилось. Когда встречаются два «голодных» человека, они начинают лихорадочно «объедаться» эмоциями.
Однако решения, основанные только на эмоциональной интуиции, а не на разуме, почти всегда ошибочны. Знаете, кто строит всю жизнь на эмоциях? Трехлетние дети. И собаки. И знаете, что еще делают трехлетние дети и собаки? Срут на ковер.
Эмоции Лорда незаменимы. Они удивительно насыщали пространство. Не заползи на его плед, не дыхни на его подушку, не пукни у него под ухом!
Когда реакции основаны на логике — можно давать советы, когда наружу выходят чувства — нужно использовать эмпатическое слушание.
Так ли это плохо? Мы, дети цивилизации, разучились быть естественными. И скептически кривим рот, когда при нас дают волю чувствам. Мужчины обнимаются – гомосексуалисты. Женщина плачет – истеричка. Старик хохочет – идиот. Малыша не придуши, дуреха – от большой-то любви…
Единственный банк, в который можно вкладывать все сбережения, — воспоминания. Этот банк никогда не прогорит.
А почему для многих так невыносим плач — детский, женский, любой, почему? Да потому, что мы плачем вместе с Другим. Жалость — это и есть собственный плач, только внутренний, свернутый (а часто и вполне развернутый) — плач Ребенка в тебе, откликающегося на Ребенка в Другом. Сопутствующее раздражение, даже злость понятны: это тебе больно и страшно, это твой Ребенок требует прекратить!