Точно так же некрасивые женщины без умолку болтают, пытаясь отвлечь внимание окружающих от своей внешности.
Любую женщину можно назвать «невозможной», пока с ней не переспишь. Все невозможные, каждая на свой лад.
Точно так же некрасивые женщины без умолку болтают, пытаясь отвлечь внимание окружающих от своей внешности.
Любую женщину можно назвать «невозможной», пока с ней не переспишь. Все невозможные, каждая на свой лад.
Можно ли любить женщину и не уважать её, обожать и не доверять, сходить от неё с ума, несколько не восхищаясь? Ещё как можно! Так даже удобнее, так даже лучше.
Было бы неплохо, если бы люди, которые накладывают на себя руки, не предупредив вас об этом, поняли бы раз и навсегда, что они не оставляют по себе ни сожаления — подлинного сожаления — ни угрызений совести. Это именно они слетели с катушек, вот и всё. Остаётся ощущение спектакля, или даже попытки спектакля, обречённого на провал.
... Увы, редко какую шутку я мог ей повторить: настолько у нас было разное чувство юмора. Точнее, я не воспринимал её юмора, а мои шутки просто приводили её в бешенство.
Мудрость состоит в том, чтобы сосредоточить своё внимание на плотских удовольствиях — есть, переваривать пищу, заниматься любовью, валяться на солнышке. Ничего лучшего да и просто сравнимого с этим на земле не существует, — ничего, кроме отпущенного нам срока бытия, ничего, кроме возможности дышать, ощущать себя живым и осознавать это.
.. и мы обменялись понимающими улыбками, он – как мужчина, неравнодушный к женщинам, я – как женщина, привыкшая к мужчинам, которые неравнодушны к женщинам.
... почему всегда, какой момент ни возьми, рука наша тянется не поддержать ближнего, а схватить тюбик с таблетками, флакон, бутылку?
Это смешно пытаться наглядно объяснить, что существуют некие силы, скрещение потоков сил и потоков слабостей, но если это можно просто описать, тогда всё относительно безобидно.