... Знаю, стала ты светом,
но не ведаю, где ты,
и не знаю, где свет.
... Знаю, стала ты светом,
но не ведаю, где ты,
и не знаю, где свет.
Ты доводишь меня до смеха. Доводишь до слез. А сегодня я хочу, чтобы ты довёл меня до оргазма.
Светлый зал, затянутый синим ароматным дымом. Просвечивающие сквозь него багровые линии, клинками вздымается вверх огонь. Тихий неразборчивый речитатив. Точная, ювелирная работа продолжается. Сосредоточенное спокойствие… Азарт, жажда крови… Наслаждение успешно проделываемой работой… Озабоченное беспокойство… равнодушие… насмешливая, снисходительная ласка…
Маргаритки, которые ты так любила, очень красивые цветы, но я всегда считал, что ты прекрасней всех цветов на свете.
Конь, черноты чернее,
вынес из моря, впрягаясь в волну,
женщину — белую белизну.
И помчалась по пляжу
округлость нагая,
переплетая белый и чёрный цвет.
И, словно собака,
волна, округлая и тугая,
не отступая, не отставая,
на мокрый песок набегая,
катилась за ними вслед.
В любом случае, когда я иду в кино с Франсуазой, мне больше нравится смотреть на ее профиль, чем на экран. От тебя у меня кружится голова – в твою сторону. У меня начинает ломить шею: фильму надо быть действительно на высоте, чтобы сравниться с тобой. Я смотрю, как ты смотришь кино. Если ты смеешься, я решаю, что фильм смешной. Если плачешь, я решаю, что он трогательный. А если ты зеваешь, я засыпаю.
Ты большая в любви.
Ты смелая.
Я — робею на каждом шагу.
Я плохого тебе не сделаю,
а хорошее вряд ли смогу.
Всё мне кажется,
будто бы по лесу
без тропинки ведёшь меня ты.
Мы открываемся друг другу,
ты мне и я тебе,
мы погружаемся друг в друга,
ты в меня, я в тебя,
мы растворяемся друг в друге,
ты во мне, я в тебе.
Только в эти мгновения
я — это я, ты — это ты.