Живые врут, злобствуют, предают... Но смерть всё исправляет. Умри.. И я всё прощу тебе.
Если крепко любишь, можно простить ложь. Когда любишь очень сильно, то ничего и прощать не надо.
Живые врут, злобствуют, предают... Но смерть всё исправляет. Умри.. И я всё прощу тебе.
Если крепко любишь, можно простить ложь. Когда любишь очень сильно, то ничего и прощать не надо.
Сколько бы камней ни бросали в воду, ее поверхность не замутится. Сколько бы ни ступали на тени, их не растоптать. Ни вода не замутится, ни тени не исчезнут. Река смерти — вот что это. И жизнь, и смерть — все обман. Он настолько неуязвим, настолько силен, что это кажется невозможным.
Человек всю жизнь врёт. И только перед смертью говорит правду. Я подожду, пока ты начнёшь умирать.
Когда моя жена спросила: «Как муж попал в Афганистан?» — ей ответили: «Изъявил добровольное желание». Такие ответы получили все матери и жёны. Если бы моя жизнь, моя кровь понадобились для большого дела, я сам сказал бы: «Запишите меня добровольцем!» Но меня дважды обманули: мне ещё не сказали правду, какая это война, — правду я узнал через восемь лет. Лежат в могилах мои друзья и не знают, что их обманули с этой подлой войной. Я иногда им даже завидую: они никогда об этом не узнают. И их больше уже не обманут…»
Рядовой, водитель.
Фюрер вам станет рассказывать — дескать, война
Продлится всего четыре недели. К началу осени
Все вы вернётесь домой. Но осень
Много раз придёт и пройдёт, а вы
Не вернётесь домой.