Еще вчера солнце светило куда ярче,
А мы любили куда больше.
А я не верил в настоящее...
Где моё небо? Да вот, под тобой же.
Еще вчера солнце светило куда ярче,
А мы любили куда больше.
А я не верил в настоящее...
Где моё небо? Да вот, под тобой же.
Когда внутри осень, плевать на время года.
От чего пахнет одиночеством свобода?
Вы можете кидать камни, искать изьяны,
Все равно нам с вами никогда не стать друзьями.
Эти стихи, наверное, последние,
Человек имеет право перед смертью высказаться,
Поэтому мне ничего больше не совестно.
These are the wonders of the younger.
Why we just leave it all behind
And I wonder
How we can all go back
Right now.
После Гоголя, Некрасова и Щедрина совершенно невозможен никакой энтузиазм в России. Мог быть только энтузиазм к разрушению России. Да, если вы станете, захлёбываясь в восторге, цитировать на каждом шагу гнусные типы и прибауточки Щедрина и ругать каждого служащего человека на Руси, в родине, — да и всей ей предрекать провал и проклятие на каждом месте и в каждом часе, то вас тогда назовут «идеалистом-писателем», который пишет «кровью сердца и соком нервов»... Что делать в этом бедламе, как не... скрестив руки — смотреть и ждать.
— Прости. Дождь такой сильный. Я тебя плохо слышу.
— Как я и думала, меня становится тяжело услышать.
— Пока говоришь ты, неважно, как медленно ты будешь говорить, я всё равно буду слушать. И если ты захочешь идти, неважно, как медленно, я буду идти с тобой.
Сбиваются года
В десятилетия и улетают.
Видать куда-то в те края,
Где люди исчезают.
Мы время по часам сверяем,
Пока оно смиряет нас.
Жаль, мы того не понимая,
Порою упускаем шанс любить,
И просто отпускаем тех,
Кто любит нас.