— Что ты стоишь тут, поехали!
— Ни ментов нет, ни пожарки.
— А ты крикни ещё громче, может, они появятся?
— Они должны же были быть.
— Кому они что должны? Ты что как ребенок? Ты в каком мире живешь? Тебя только что чуть не убили! Проснись, поехали!
— Что ты стоишь тут, поехали!
— Ни ментов нет, ни пожарки.
— А ты крикни ещё громче, может, они появятся?
— Они должны же были быть.
— Кому они что должны? Ты что как ребенок? Ты в каком мире живешь? Тебя только что чуть не убили! Проснись, поехали!
— Мне никогда ни с кем так хорошо не было.
— А сколько их было?.. Ну, больше десяти?
— Что-то я есть хочу, ты не хочешь?
Зачем ты делаешь больно тем, кто тебя любит? Они ведь беззащитны из-за любви к тебе.
Мы сидим втроем на моей кухоньке, и молча курим. Сейчас не нужны слова. Мы дети своего поколения — у кого-то не удался секс втроем, у кого-то не налаживается роман с женатым мужчиной, кто-то вообще живёт в интернете... И, наверное, каждый из нас получает по заслугам... Но, чёрт возьми, как же сложно жить в нашем двадцать первом... Как же противно от всего этого... Хочется окунуть голову в холодную воду... И захлебнуться.
— А ты почему спросил?
— Подумал, вдруг ты это тогда так просто сказала? Ну чтоб базу подвести под... это вот все. — Макс широким жестом обволокла кровать, где они лежали.
— Конечно, не просто так! Я вообще редко что-то просто так говорю.
— В самом деле? — Макс приподнял одну бровь. — А мне почему-то казалось, что ты болтушка.
— И что? Мне просто есть, что сказать. И не всегда получается промолчать, когда нужно. Но это не значит, что я только глупости говорю или то, чего вовсе не думаю.
Я вижу, ты не рад мне совсем... да... не думала, что мы так встретимся, без слез радости, без дружеских объятий... как там поется в этом романсе? «Глядя на луч пурпурного заката, стояли мы на берегу Невы, вы руку жали мне, умчался безвозвратно тот сладкий миг, меня забыли вы».
Выходит, что ты мне брат... Мог бы быть покрасивше, ну ничо, родню не выбирают, ну давай, целоваться на радостях.
— Между прочим, я моложе его на полгода.
— Ой, а по вам не скажешь. Что делает с человеком стресс большого города...
Грех – это по сути, преступление против твоей совести. А если у тебя нет совести, то и суд Божий тебе не страшен.
Вполне допустимые отношения – ему подарила любовь русская девушка, он укатил на следующий день и раз в пятилетку посылает ей открытки с сердечками на электронку. Очень мило. Я бы даже сказала – кайф.