Вечервечер

Я когда первый раз попал на телевидение, мне сценарист сказал, что я должен, после того, как свою песню запишу, остаться и репетировать со всеми «Восторг», а я сказал «Что что?». Он говорит: «Восторг» — это песня финальная в «Песне года»». Аркадий Островский, песня «Остается с человеком». А я сказал, что я с этой песней не остаюсь, поскольку я в ней не пою. Я хотел уйти домой. А он подошел ко мне близко-близко, такие глаза у него как два глобуса с поволокой, и сказал: «Молодой человек, мне 82 года, я делаю вот эту песню, потом еще одну, потом придете вы и будете делать что хотите, но я хочу, чтобы вы запомнили на всю жизнь — ваши песни нужны только вам, а народу нужен восторг». Я ему поверил и работаю, чтобы был восторг.

0.00

Другие цитаты по теме

Большинство других исполнителей старались донести до слушателей себя, а не песню, мне же на это было наплевать. Для меня главное было — песня.

По моим песням можно написать биографию, даже не смотря ни одной моей ленты.

За песни под фонограмму надо платить ксерокопиями денег.

Творческий тупик покажется смехотворной мелочью лишь тем вялым душам, кто никогда не пытался что-нибудь создать. Это не просто бесплодная попытка, забракованная работа, но ты весь, когда в тебе умирает маленький бог, некая твоя часть, казавшаяся бессмертной.

По следу волка,

Я пойду в метели.

И сердце дерзкое,

Настигну по утру.

Сквозь гнев и грусть,

Что камнем затвердели.

Я разожгу уста,

Что мерзнут на ветру.

Не знаю — ты ль,

Мое предназначение.

Иль страстью я,

Обязан лишь судьбе.

Когда в желанье,

Я облек влечение...

Не полюбила ль ты,

Во вред себе?

Я считал, что жить в искусстве — значит посвятить себя целиком, без остатка, живописи, а всё остальное отодвинуть на задний план. Но на самом деле творчество — это свобода.

Накаляю тут всё добела, отправляю жар жадно в экраны,

Тут вселенная жанра вдруг рвётся, и мы вмиг выходим из жанровых рамок:

Только я, только ты, без толпы, без слов тех что руки вязали нам очень,

Мы несёмся со скоростью света в глубины основ написания строчек.

Человек никогда не бывает таким жестоким, как в минуту душевного восторга. Ему кажется, что нет на свете в эту минуту ничего прекраснее и интереснее его самого.

Спеть тебе песенку? Мне её напел тот, кто со мной это сделал. А я напою её тебе, хочешь? Раз, два, три. Попробуй меня найди. Череп, кости, скелет, ты обещал хранить обет. Четыре, пять, шесть. Тебя ждёт плохая весть. Могила, черви и гниль, я тебя почти похоронил...

Настоящего писателя ничего не остановит — есть у него идея или нету, есть на чем писать или нет — он все равно пишет.