— Опять мыши, мыши! Эти мыши съедят нас заживо!
— А если не успеют, тебя в суп, а тебя на вегетарианские котлеты.
— Опять мыши, мыши! Эти мыши съедят нас заживо!
— А если не успеют, тебя в суп, а тебя на вегетарианские котлеты.
Belles journées, souris du temps,
Vous rongez peu à peu ma vie.
Dieu! Je vais avoir vingt-huit ans,
Et mal vécus, à mon envie.
— «Есть, есть»! Ты что, думаешь, съешь одну маленькую мышку и полегчает? Ну, посмотри на меня — кожа да кости. К тому же, подбирать еду на помойке вредно для здоровья. На помойке сплошные микробы, грипп, тиф, гепатит, холера. Эрнест, ты что, хочешь все болячки в мире подхватить!?
— Не, Селестина, но...
— Ну-ка, посмотрим: нос холодный и мокрый, глаза стеклянные, шерсть тусклая, а уши, а зубы! Ну-ка, скажи «а».
— А.
— Фу! Ниче себе.
— Что, не заболел?
— Пока нет. Но это временно.
— Мыши! Мыши!
— Не надо их бояться. Их надо напугать.
— Правильно. Я слышал, что мыши не любят серьёзной музыки и от этого разбегутся.
— А ты откуда взялся? Почему не на работе?
— Ваша милость, я ещё не работаю, я учусь.
— Учишься? Что же ты изучаешь?
— Я изучаю мошенников, Ваша милость.
— Тут вся деревня — мошенники, но если ты найдёшь нового, ты мне его покажи.
— А ты откуда взялся? Почему не на работе?
— Ваша милость, я ещё не работаю, я учусь.
— Учишься? Что же ты изучаешь?
— Я изучаю мошенников, Ваша милость.
— Тут вся деревня — мошенники, но если ты найдёшь нового, ты мне его покажи.
Вина — природный аддерол, а стыд — кокаин, так что я намешал себе энергетический коктейль.
Если бы все мы исповедались друг другу в своих грехах, то посмеялись бы над тем, сколь мало у нас выдумки. Если бы все мы раскрыли свои добродетели, то посмеялись бы над тем же.
Спокойствие, господа, спокойствие. Будем соблюдать приличия. Римская империя — это мы. Если мы потеряем лицо, империя потеряет голову. Сейчас не время паниковать! Для начала давайте позавтракаем. И империи сразу полегчает.